Фламмарион К., Живописная астрономия-1900

велика должна быть сн масса, чтобы величина отступленій могла быть объяснена. Тогда онъ шіовь началъ вычисленіс орбиты Урана, принявъ уже въ разсчетъ дѣй- ствія, ироизводимыя возмущающсй планетой, и нашелъ, что всѣ наблюдаемыя но- .тоженія соглазуются сь теоріей, причемъ наиболынее отклоненіе наблюдаемыхъ ио- лоіюній отъ вычисленныхъ ие превышаетъ 5",4. Съ этихъ по]іъ задача была рѣ- шена; 31 августа 1846 г. Леверье заявилъ Академіи Наукъ, что планета должна паходиться въ точкѣ, долгота которой 326°, то-есть въ 5 градусахъ къ востоку отъ звѣзды дельта (о) Козерога. 18 сентября Леверье нанисалъ рбъ эгомъ астроному Галле въ Берлинскоіг обсерваторіи, гдѣ тогда составлены были лучшія звѣздныя карты эклиптической іюлосы, прося сго ноискать планету. Галле получилъ письмо 23 сеіггября; въ этотъ вечеръ погода была прекрасная; о і іъ навелъ трубу на указанную точку и замѣтилъ звѣзду, которой не было на картѣ и которая въ то же время представляла замѣтный нлапетный дискъ. Ея пологкеніе па небѣ было 327° 24', а вычисленіе давало для него 326°32'; такимъ образомъ долгота была дана съ точностыо до 1 градуса! Вотъ исторія открытія Неитуиа во всей ея величествеиной нростотѣ. Она не- волыю приводитъ на память прекраспыя слоВа Шиллера, относящіяся къ Христо- Ф°РУ Колумбу, плывущему открывать новое полушаріе: «Смѣло лети на Западъ, отвазкпыіі мореплаватель! Земля, которую ты ищешь, еслибы дажс она еще не су- ществовала, іюдпимется изъ глубипы водъ иа встрѣчу тебѣ, потому что природа хЬйствуетъ заодно съ геніемъ». ІІодъ этимъ величественнымъ образомъ, въ этомъ горделивомъ преувеличеніи выражается одно изъ самыхъ существенныхъ условііі зваченія генія въ наукахъ: отйрытія соверпіаются имъ не случайпо, а опъ какъ бы прсдчувствуетъ ихъ; какъ будто не оиъ ихъ ищетъ, а оии ищутъ его. Открытіе это блестяще; оно заннмаетъ первое мѣсто съ фнлософской точки зрѣ— нія, потому что доказываетъ вѣрпость и точность данныхъ новѣйшей астрономіи. Если смотрѣть на него съ точки зрѣнія практической астрономіи, оно является, нростымту»пражненіемъ въ вычисленіи, и самые выдающіеся астрономы не видѣли въ нсмъ ничсго болѣе. И лпшь послѣ его подтверждепія. послѣ его публичнаго до- казательства, только нослѣ дѣйствителыіаго, т.е. зримаго открытія Нентуна на небѣ, они открылн паконецъ глаза и почувствовали мипутное головокруженіе предъ без- конечнымъ горизонтомъ, развернувшимся нредъ пхъ взоромъ съ открытіемъ Нептуна. Самъ авторъ вычисленія, этотъ трансцендентный математикъ, не далъ даже себѣ труда взять въ руки трубу и посмотрѣть, дѣйствительно ли есть на небѣоткрытая имъ планета! ІІ даже думаю, что опъ никогда ее не видалъ... Вирочемъ дли пего въ это врсмя, да п всегда, до конца его жизни, вся астрономія заключалась въ форму- лахъ: для него свѣтила были лишь центрами силы. Сколько разъ я обращался къ нему съ тревожными вопросами о великихъ проблемахъ безконечноіі вселенноіі, спрашивая сго, считаетъ ли онъ другія планеты обитаемыми подобио иашей, п ка- ковы должиы быть въ особенности странныя условія жизни въ мірѣ, удаленномь отъ Солпца на разстояніе Нептуна; какія особепности долженъ представлять хоро- водъ безчисленныхъ Солнцъ, разсѣянныхъ въ безднахъ безконечнаго пространства, какой удивительный свѣтъ должны нзливать цвѣтныя двойныя звѣзды на обращаю- щіяся около нихъ извѣстныя планеты. Его отвѣты всегда показывали мнѣ, что но- добные вонросы не имѣютъ въ его глазахъ ннчего привлекательнаго п что сущность познанія вселенной состояла для него въ уравненія.хъ, въ формулахъ, въ рядахъ логариомовъ н имѣла своимъ предметомъ математическую теорію скоростей п сплъ. Ноне менѣе удивитедьно и то, что у него не нашлось столько любопытства, чтобы самому провѣрить положеніе своей планеты, что было очень легко даже безъ.