Фламмарион К., Живописная астрономия-1900

что все-таки оттѣнки эти измѣняются. Слѣдователыютакая постененностьоттѣнковъ дѣйствительно существуетъ. Въ чемъ заключается ея причина? Самое простое объяс- неніе состоитъ въ допущеніи, чго это заниситъ отъ болыпей или меныией глубины. Когда нролетаепіь иа аэростатѣ надъ широкой рѣкою, надъ озеромъ или моремъ, и если вода спокойна и ирозрачші, то можно бываетъ видѣть дио, п иногда до такой стенени ясно, что воды надъ нимъ какъ будто нѣтъ. Мнѣ самому нриходилось это наблюдать однажды, именно 10 іюня н. с. 1867 г. въ 7 ч. утра, держась на высотѣ 1400 сажеиъ иадъ Луарой. На морскихъ берегахъ различаютъ дно па глубинѣ отъ 5 до 9 саженъ въ разстояіііи нѣсколькихъ саикиъ отъ берега, смотря по освѣіце- нію и состоянію моря. Ири такомъ нредноложеніи свѣтлыми морями Ыарса были бы моря подобиыя ианримѣръ Зюйдерзее, т. е. имѣющія лишь нѣсколько саженъ глу- бины; сѣрыя моря были бы нѣсколько глубже этого, а черныя— самыя глѵбокія. Однако это не единственное изъ возможныхъ объясненій, потому что и самый цвѣтъ воды, самой по себѣ, можетъ быть очень различенъ, смотря по мѣстности. Чѣмъ солонѣе вода, тѣмъ она кажется и темиѣе, благодаря чему можно на болыпемъ нро- тяженіи различать морскія теченія, потоки, подобные напримѣръ Гольфштрему и образующіе собою какъ бы рѣки менѣе плотной воды, текущія по поверхности океана въ жидкихъ, но болѣе илотныхъ берегахъ. Соленость морскихъ водъ зави- сигь отъ быстроты испаренія, и нѣтъ ничего удивительнаго въ томъ, что эквато- ріальныя моря Марса болѣе солены и болѣе темны, чѣмъ всѣ другія. Но само собою возникаетъ въ нашемъ умѣ и третье объясненіе. У насъ на землѣ пмѣются моря: Голубое, Яіелтое, Красное, Бѣлое и Черное; если не совсѣмъ и не безусловно, эти названія все-таки болѣе или менѣс соотвѣтствуютъ виду этихъ морей. Ііого не по- ражалъ изумрудно-зелейый цвѣтъ воды Рейна близъ Базеля, или Аараблизъ Вериа; кто ие восхиіцался темной лазурыо Средиземнаго моря и Неаполитанскаго залпва; кто не наблюдалъ желтыхъ водъ Сены у 1'авра, замѣтныхъ среди моря, п вообще всевозможныхъ оттѣнковъ, представляемыхъ рѣками и ихъ притоками? Итакъ мы можсмъ троякимъ образомъ объяснять цвѣтъ водныхъ пространствъ на Марсѣ, какъ и па Землѣ. Свѣтлыя мѣстности могутъ быть болотистыми прибрелшыми равнинами или затонленными временно прострапствами. Основноіі цвѣтъ Марсовыхъ морей— зеленый, такой лсе какъ и у Земныхъ морей; но этотъ оггѣнокъ мѣняется, какъ измѣпяются же и самые размѣры морей. Намъ отсюда приходится иногда наблю- дать явленія, нодобныя тѣмъ, какія могли бы иредставить намъ обширныя мѣст- иости. подвергшіяея большому наводненію. Нодобно тому какъ наши рѣкп послѣ бурь дѣлаются желтыми и мутными, точно такъ жр іі на Марсѣ цвѣтъ водъ мѣ- няется со временами года. Материки Марса отличаются желтымъ цвѣтомъ, это и даетъ иланетѣ тотъ огнен- пый оттѣнокъ, какой замѣчасмъ мыиростымъ глазомъ. Въ этомъ отношеніи Марсъ существенно разнится отъ Земли. Наша планета, разсматриваемая издали, должна казаться зеленоватою, нотому что зсленый цвѣтъ является преобладающпмъ какъ въ нашихъ моряхъ, такъ и на матсрикахъ. Влагодаря присутствію атмосферы, этогъ зеленый цвѣтъ долженъ смягчаться и переходпть въ голубоватый. Астропомы Ве- неры и Меркурія должны вндѣть наши моря темно-зеленымп, а материки— свѣтло- зелеными съ разными оттѣнками, пустыни — желтымп, полярные льды и снѣга— ярко-бѣлыми; бѣлыми зке кажутся имъ п наши облака, равно какъ п вершины высокихъ горныхъ хребтовъ, покрытыя вѣчнымъ снѣгомъ. На Марсѣ спѣга, облака и моря представляются цочти въ такомъ же впдѣ, какъ у насъ, но материкп сго имѣютъ желтый цвѣтъ, какъ будто это сплоншыя поля ржи, пшепицы, кукурузы, ячменя или овса.