Фелькнер И., Астрономия для любознательных людей. 1892

/ — 633 — дать существованіе матеріи, составляющей какъ бы скелетъ вселенной. Подобно тому, какъ опера или поэма не въ состояніи обойтись безъ словъ и звуковъ, такъ точно и Высшая Пре­ мудрость не воплощается въ мірѣ безъ сотрясенія мате­ ріальныхъ атомовъ, но какая тайна ихъ связываетъ и какъ они переходятъ одно въ другое, остается пока неразъяс­ неннымъ. Сколько бы ни усиливались мы найти разгадку этой тайны на основаніи полученныхъ впечатлѣній, или процес­ сомъ разсужденій, мы не достигнемъ ни до какого резуль­ тата, кромѣ развѣ опять убѣжденія въ существованіи мысли, за предѣлами которой нѣтъ достовѣрности. Между тѣмъ, громадность и великолѣпіе картинъ при­ роды поражаютъ наши чувства. Намъ положительно не вѣ­ рится, чтобъ такія красоты были плодомъ нашего тщедуш­ наго воображенія и подъ вліяніемъ этого чувственнаго ин­ стинкта, мы понемногу склоняемся допустить вѣроятность реальности нашихъ умственныхъ представленій, какъ по- ' стулатъ, то-есть какъ положеніе, не требующее доказа­ тельствъ. Далѣе его мы идти не можемъ, ибо сущности этихъ предметовъ теперь еще не понимаемъ. Среди нихъ въ особенности поразительны законы, управ- , ляющіе мірами и столь лучезарно сіяющіе въ математикѣ. Они взаправду кажутся обладающими свойствами вѣчнаго, незыблемаго, абсолютнаго и необходимаго начала. Конечно, они не есть результатъ грезъ человѣческаго ума, ибо создались ранѣе человѣчества, ранѣе появленія въ пространствѣ земного шара, и люди обладаютъ лишь весьма слабою способностію по временамъ раскрывать не­ значительную часть ихъ. При такомъ условіи эти законы вполнѣ независимы какъ отъ нашей мысли, такъ и отъ самихъ феноменовъ, назна­ ченіе которыхъ, при случаѣ, ихъ только обнаруживать. Люди, царства, цѣлые міры могутъ исчезнуть, но сумма трехъ угловъ въ треугольникѣ вѣчно останется равна двумъ прямымъ угламъ; окружность круга вѣчно будетъ 2 і Л , а площадь треугольника вѣчно ' / 2 А X В sin С. Итакъ, сдаваясь невольно на существованіе вещей не­ матеріальныхъ, внѣ нашихъ мыслей и внѣ міра матеріаль­ наго, гдѣ, очевидно, ни чиселъ, ни фигуръ осязаемыхъ нѣтъ, мы неизбѣжно приходимъ къ признанно міра идеальнаго. Мы склонны думать даже (стр. 621), что міръ идеальный, за- ■