КЗПД по НСО 2026

164 Необходимо отметить, что мысль о празд- новании Дня Сибири была принята не всеми. Так, правительство не разрешило праздно- вание его 26 октября, видя в нём всего лишь день «сибирского взятия», и предложило дру- гую дату – 6 декабря 1582 г., день присое- динения Сибири к русскому царству, когда сподвижник Ермака Иван Кольцо бил царю Иоанну Грозному челом и «новым Царством Сибирским», за что ватаге Ермака были про- щены их старые грехи, названы они были «Царской служилой ратью» и получили цар- ские милости. Этот символический акт при- нятия Сибири под российское крыло позво- лял акцентировать смысл на утверждении заслуг России перед Сибирью и купировать развивавшиеся сепаратистские настроения. Но сведений о точной дате царской аудиенции для посла Ермака найти также не удалось и с разрешения Министерства внутренних дел «широко и щедро» праздник отмечался в Петербурге и Москве, где 26 октября 1881 г. прошли торжественные обеды. За празднич- ными столами общественные деятели выска- зывались о значении Сибири, необходимости проведения там земских и судебных реформ, члены сибирских землячеств вспоминали свои «корни», касались колонизационных вопро- сов и «благодарили Сибирь за её изобилия и удобства». Вот как описывает главный Сибирский обед в зале петербургской гостиницы «Демут» специально выпущенная 43-страничная бро- шюра: «…собралось более двухсот человек. <…> генералы, профессора, доктора, студенты, уроженцы Сибири, учащиеся девицы, кур- систки и дамы, которым Сибирь была близка по воспоминаниям. <…> На сцене, убранной растениями, левая сторона которых состо- яла из елей и сосен, покрытых снегом, спу- скался большой электрический фонарь в виде солнца, освещая золотой венок на спущен- ной занавеси с надписью: „26 октября 1581– 1881 гг.”. Под звуки марша к половине ше- стого присутствовавшие заняли места. <…> Перед присутствующими появилось меню с рисунком Зичи, северной природы и надпи- сью „Сибирский обед 26 октября 1881 года”. Из отличительных блюд были в меню сибир- ские пельмени (по обыкновению в супе), ряб- чики с салатом из северных ягод и морожен- ное из облепихи». Действительный статский советник, пи- сатель Б.А. Милютин с энергией и глубоким чувством произнёс пространную речь, сказав, что неважна ошибка в дате «на год, на два и на три, – важен лишь факт, а факт тот, что на призыв отпраздновать известное, испол- ненное глубокого смысла, историческое собы- тие, откликнулись все, коим дорога Сибирь по той или другой причине». Среди речей, высказанных за столом, мне- ния были разными, и зачастую опасными. Так, К.П. Мейбаум, председатель совета попечи- тельства Покровской церкви отметил целью со- брания не празднование, а «желание сибиряков по возможности ознакомиться друг с другом. <…> Единение великое дело, оно даёт силу». Горячо обсуждался вопрос о Сибири как месте ссылки. Вопрос поставил доктор Про- хоров: «Какое здание прежде всего кидается в глаза при въезде в любой город? – Острог! При въезде в село? – Этап! Редко вы увидите школу, да и те больше для проформы». Това- рищ обер-прокурора И.Я. Фойницкий заявил о Сибири как «стране наказания» и об отри- цательном влиянии практик ссылки в нрав- ственном отношении. Присяжный поверен- ный Н. И. Грацианский пошёл ещё дальше, заметив, что «для Сибири ещё ничего не сде- лано» и для приезжего бросается в глаза, что это как бы земля неприятельская, а «должна бы пользоваться симпатиями России и одина- ковыми с нею учреждениями». В Москве сибирский обед был скромнее, «семейнее». И по участию, и по речам. Он про- шёл в русской палате гостиницы «Славянский Базар» и собрал около 90 человек. Интересны, в частности, слова председателя Московского совета присяжных поверенных Н.В. Баснина, который отметил факт народной самодеятель- ности «шайки» Ермака: «Само по себе завоева- ние Сибири было явление незаконное, но оно узаконилось вследствие дарования Ермаку царской милости и назначения ему пожалова- ния и даже чего-то вроде наместничества. Го- сударственность и общественность суть два су- щественные элемента жизни всякого народа».