Новосибирск-Новониколаевск _ Т 1

Н о в о н и к о л а е в с к — Н о в о с и б и р с к Новосибирск становится крупным учебным центром, открываются новые институты и техникумы, строятся комплексы их зданий. В 1932 г. в Заельцовском районе возводится здание института инженеров железнодорожного транспорта. (Д .М . Агеев, С.И. Игнатович, К.И . Митин и д р .). В 1931— 1933 гг. — Сибстрин, под руководством А .Д . Крячкова. 1936 г. — сельхозинститут (по проекту арх. Н.С. Кузьмина), НИИГАиК на Красном проспекте (а р х. К .К . Леонов), ряд техни­ кумов. Сибстрин, НИИИЖТ занимали большие площади и в дальнейшем имели большое градост­ роительное значение для развития городских районов. К сожалению, весьма отставало благоустройство, инженерное оборудование и озелене­ ние (за 1931— 1935 гг. замощено всего 45 км улиц ). Именно планы 20— 30-х годов — каркас города. Они, несмотря на многочисленные кор­ ректировки, в конечном счете и обеспечили масштабность и устойчивость заложенной планиро­ вочной схемы. Была определена ориентация на создание уникальных ключевых ансамблей и от­ дельных объектов — своеобразных камертонов, определивших масштаб и характер застройки го­ рода. В Новосибирске отразились те функционально-типологические и архитектурно-стилисти­ ческие направления, которые характерны для всей советской архитектуры — от формализма и конструктивизма до архитектуры с ориентацией на классическое и национальное наследие. Новосибирск 30— 40-х годов — город бурного начала и больших надежд, город с черта­ ми провинциального Новониколаевска и столичного сибирского центра. Относительно закон­ ченный ансамбль, выделявшийся в силуэте города, лишь Красный проспект — с многоэтажными домами и общественными зданиями, старой капитальной основой. Среди распластавшейся мас­ сы одноэтажной застройки, раскинувшейся на обширной территории с речными поймами и ов­ рагами, как вехи возвышались в лесах огромные одиночные объемы производственных и обще­ ственных зданий, силуэты труб и градирен индустриальных гигантов — контуры будущего круп­ нейшего города. Открытые пространства доминировали и пронизывали очаги новой застройки, а мощная система железнодорожных суперлиний сочеталась с зачатками первых внутригородс­ ких транспортных связей. О нем много писали в СССР и за рубежом. Писали плохо и хорошо, а несформировавшаяся еще городская среда несла неизбежные социальные издержки, так назы­ ваемые издержки роста. Будущее в те годы представлялось как вечность, непрерывное восхож­ дение к свету, которое будет что-то прибавлять, но ничего уже не менять. «Дворец Советов бу­ дет стоять точно таким ж е, каким и мы увидим его в ближайшие годы . Столетия не оставят на нем своих следов, мы выстроим его таким, чтобы он стоял не старея, вечно». 30-е годы с их мечтами и надеждами, наивным оптимизмом и мифами, скрывавшими трагические коллизии, остались периодом замкнутым, хотя и незавершившимся. Процессы, раз­ вернувшиеся в культуре этого периода, были прерваны войной 1941— 1945 гг. В годы войны в Новосибирске велось в основном функциональное промышленное стро­ ительство, но, в то же время, разработан ряд конструктивных и объемно-планировчных решений с учетом использования местных доступных материалов. ПОСЛЕВОЕННОЕ СТРОИТЕЛЬСТВО. 1945— 1955 гг. 1944— 1945 гг. ознаменовались в Новосибирске корректировкой ранее составленных генеральных планов с учетом изменений, прошедших в его застройке в связи с перемещением сюда ряда промышленных предприятий и предстоящими задачами реконструкции. В композици­ онно-планировочном отношении схема не внесла существенных изменений в прежнюю проектную структуру. Особое внимание было уделено проекту цент­ ра города, что во многом определялось общим духовно-эмоциональным подъе­ мом в стране после окончания войны и стремлением придать городу более яр-