Тяботин В. Воскрешение времени. Кн. 1. Волга - 2014

5 ВОСКРЕШЕНИЕ ВРЕМЕНИ. Книга 1. ВОЛГА ского автобуса, ходившего от пристани к вокзалу, мама, наказав соседкам присмотреть за девочками, если её вдруг задержат, взяла меня на руки и отправилась в отделение милиции. — Тётя Маруся, тётя Маруся, — громко кричала, увязавшись за нами, шустроглазая соседка Динара, — а вас в тюрьму вместе со Славиком посадят? — Типун тебе на язык! Не девка — шайтан какой-то! — замах - нулась на дочку Нагима Абашева, которую все дети на русский лад называли тётей Ниной. Она в это утро сидела во дворе на большом чурбаке, на котором обычно кололи дрова. — Возьми-ка лучше в сенцах ведро да сбегай на колонку! А то язык твой бедовый без ко - стей — вот и мелет, что попало. Мама промолчала и только крепче прижала меня к себе. Трудно сказать, о чём думала она, но я полагаю, что был для неё в это время чем-то вроде верительной грамоты, её защитой и оберегом. Милиция находилась на улице Ленина в одноэтажном деревян - ном доме, стены которого были обиты постаревшими от времени досками, покрашенными в светло-голубой цвет, сквозь который кое-где пробивался заяристо-красный, оставшийся ещё от комсо - мольцев, квартировавших здесь в двадцатые годы. Поднявшись по скрипучим ступенькам, мы очутились в полутёмном коридоре, куда солнечный свет с трудом проникал сквозь узкие наддверные стёкла трёх кабинетов. В противоположном от входа углу на высо - ком деревянном табурете высился бак с питьевой водой, прикован - ный к эмалированной кружке длинной железной цепью. В отличие от них, стоявший на полу тазик с опивками, пользовался гораздо большей свободой. И поскольку кандалов на нём не было, то, надо полагать, он считался здесь просто свидетелем, давшим подписку о невыезде. Над баком висел плакат, изрядно исхоженный муха - ми. На нём испуганная женщина в чёрном комбинезоне и красной косынке, прижимая указательный палец к губам, напоминала, что надо держать язык за зубами, не сеять панику и бороться с нелепы - ми слухами. А они, к сожалению, были. Правда, уже не те, что хо - дили в ноябре сорок первого, когда шептали, будто Сталин сбежал из Москвы и, отрастив бороду, бродит по Чебоксарам в холщёвых штанах и лаптях, а немцы, жалея голодных москвичей, вместо бомб бросают им с самолётов мешки с белым хлебом, сахаром и колбасой, Правда, этим байкам мало кто верил. Как не верили гарантиям сы - той жизни для тех, кто добровольно перейдёт на сторону Великой Германии, о чём сообщалось в специальных пропусках, которые