Тяботин В. Воскрешение времени. Кн. 1. Волга - 2014

345 ВОСКРЕШЕНИЕ ВРЕМЕНИ. Книга 1. ВОЛГА Ведь ленинскую «Искру» Николай Бауман, герой повести «Грач – птица весенняя», переправлял через границу с большим риском для жизни. — Не-ет, — не согласился Беляев, — то уже совсем другое время было. «Поволжская Быль» печаталась и распространялась легально. Недолго, правда, но легально. Это было ещё, пожалуй, когда Буб - нов два года в нашей тюрьме сидел. Он, по-моему, тогда уже членом Центрального Комитета партии был. А, может, я что-то путаю. Но что совершенно точно — так это то, что он из тюрьмы через това - рищей на волю свои статьи переправлял, и они печатались в газете под инициалами «А.Б.», или Ялов. Я потому запомнил, что «Ялов», если фамилию эту читать справа налево, то получается «воля». Его статьи мне больше других нравились. В них всё было очень просто и понятно. Но я не знал, кто это так здорово пишет. И однажды у брата спросил: «Кто такой «А.Б.»? Он сначала отмахнулся, но, заме - тив, что я набычился, сказал: «Это Андрей Бубнов по прозвищу Хи - мик». Я ещё тогда удивился: «Почему, — говорю, — Химик»? Дима только рукой махнул: «Да Бог его знает! Просто, партийная кличка такая». Должен признаться, что никакого отдельного разговора с Нико - лаем Петровичем по поводу его подпольной работы или участия в революционных событиях в Нижнем Новгороде у нас не было. Как не было и подробных рассказов о боях и походах 2-й конной армии под началом опального командарма Филиппа Миронова в конце Гражданской войны. Это уже спустя полстолетия, суммируя слова и фразы, сказанные в разные годы, я, как из кусочков смальты, пы - тался собрать витраж, в котором панорама ХХ века запечатлела бы историю жизни не абстрактных народных масс, а одного конкрет - ного человека. Нет, далеко не всё в той картине у меня получилось. Недостаёт многих деталей, цветов и оттенков, без чего рвётся на - меченный было рисунок, исчезает целостность восприятия. Я ругал и ругаю себя за стеснительность, похожую на безразличие, которое мешало мне из первых уст услышать то, о чём узнавали мы потом, читая скучные, как серый дождь, учебники по истории. Жалею, что время былое ушло и уже не спросишь у Николая Петровича, чем это они с братом так насолили жандармам, что пришлось на время исчезнуть из города с поддельными документами. Были Исаенко — стали Беляевы. Припоминаю, что причиной всему мог быть случай на Оке, когда во время очередного схода партийной ячейки их вы - следил тайный агент. Дмитрий с помощью брата связал ему руки ремнём, вставил в рот кляп и, бросив в лодку, без вёсел пустил её