Тяботин В. Воскрешение времени. Кн. 1. Волга - 2014

ВЯЧЕСЛАВ ТЯБОТИН 20 Виктор Степанович Гребенников, замечательный энтомолог, ху - дожник и писатель, издавший несколько удивительно интересных книг о жизни, привычках и повадках насекомых, обитающих в ре - ликтовых сибирских степях, рассказал мне свою историю, связан - ную с хлебными карточками. Однажды в послевоенном голодном году так же, как и у сестры моей, у него их украли. Два дня он сидел голодный, а потом, умея хорошо рисовать, так ловко на клочке се - рой бумаги скопировал этот маленький документ строгой отчётно - сти, что сумел получить на свою подделку буханку чёрного хлеба. А через месяц за этот подлог получил двадцать лет лагерей — на год больше, чем прожил тогда на белом свете. Выслушав приговор, об - радовался, что судья сохранил ему жизнь. Ведь прокурор требовал высшей меры наказания. Такова была тогда цена хлеба. А что же могла чувствовать девятилетняя девочка, потерявшая хлебные карточки для всей семьи? — Я брела по вечернему городу, спотыкаясь и плача, — вспоми - нала сестра, — и, не зная ни одной молитвы, слёзно просила Бога: «Господи, помоги мне! Помоги мне, маме, сестрёнке и малому братику!..» Мама у нас никогда набожной не была, хотя и веры православ - ной не теряла. Просто в церковь редко ходила, а когда и бывала, то нас с собой не брала. Однако, их с дочерью искренняя молитва, видно, до Бога дошла. — Едва свернув к переулку Марата, где мы бегали днём, — рас - сказывала Ляля, — я поддела ногой какой-то предмет. Нагнувшись, увидела и подняла чёрный кожаный бумажник. Не новый, но и не сильно потёртый. Замирая от страха, открыла его и, если б были силы, закричала б от радости! Внутри лежали не мои, но точно та - кие же карточки, что я потеряла! Ровно настолько же дней! Домой не бежала — летела, испытывая ни с чем несравнимую радость от счастливой находки и ещё больше от приобщения к какой-то неве - домой тайне, которую невозможно постичь человеку, но в которую каждому хочется верить. « ДВАДЦАТКА» Думая о прошлом, удивляюсь странным вывертам собствен - ной памяти, которая куклу в нарядном клетчатом платье с тяжёлой глиняной головой почему-то помнит в деталях, а образ сестёр, нян - чившихся со мной, куда-то бесследно исчез. Я ищу в своей голове, но никак не могу обнаружить тот файл, что гораздо важнее старой