Дедов ПП_Русская доля

тема - военное и послевоенное деревенское детство, отрочество, юность. Писал и о Гражданской войне в Сибири, и книжки для детей о природе, но ранние годы в деревне оставили в моей душе самый глубокий и неизгладимый след. С горечью можно сказать, что мне в этом смысле «повезло»: с малых лет постигал я широ­ ту духа, бескорыстие, великое терпение и трудолюбие русского крестьянина, его сострадание к ближнему и неближнему, - сло­ вом, все святые заветы нашей христианской религии, вошедшие в плоть и кровь моего народа. И это отнюдь не громкие слова: многое раскрылось в перелом­ ный, судьбоносный период нашей истории, связанный со смер­ тельной битвой с фашизмом, - многое из того, что ранее было скрыто даже от самих себя. Считается, что мы, сибиряки, и го­ рюшка не знали, потому что жили далеко от войны. Неправда! Когда она началась, её осколки стали к нам долетать за тысячи верст в виде страшных «похоронок». Эти осколки не ведали про­ маха: они ранили прямо в сердце. И я видел, как выбегала на улицу получившая страшную весть о кормильце несчастная бабёнка, окруженная кучей осиротевшей детворы, как валялась она в грязи и билась в рыданиях и исте­ риках, проклиная горькую долю свою... Как наша соседка, бабка Кулина, уже получившая «похоронки» на трех своих сыновей, за­ видя на улице почтальонку, пряталась в подпол, боясь получить роковую весть о четвертом и последнем своём сыне - Игнатушке. Долгими зимними ночами слышал я под окнами жуткий вой голодных волков, которые теперь, без мужиков, обнаглели до того, что ночами заходили в деревню и резали не только окот, но и воровали собак. Видел, как пахали огороды наши бабы, гуртом впрягшись в конский плуг, и как прямо в борозде родила одна наша родс­ твенница, а бабы смеялись и шутили, - вот уж точно вырастет «природный пахарь», весь в пыли обвалялся, пестренький стал, как курочка-ряба... Помогая дяде Лёше в кузнице (я уже мог «качать меха», разду­ вая пламя в горниле), видел, какие дядя чудеса творил с железом.