Дедов ПП_Русская доля

В селе Верх-Ирмень сделали благое дело: открыли колхозный музей. Почти все экспонаты принесли сами сельские жители: старинную утварь, одежду, посуду, орудия труда давней давнос­ ти. Оборудовали здесь крестьянскую избу - с величавой русской печью, полатями, лежанками и лавками, так что можно сравнить прежнее жилье с современным, увидеть недостатки и преиму­ щества того и другого. Но это тема для особого разговора. А я вот о чем: чтобы показать природу колхозных окрестностей, механизаторы притащили в му­ зей березовую верхушку с сорочьим гнездом. Удивительное гнез­ до: сорока смастерила его наполовину из веток, а наполовину - из кусков проволоки, какой обвязывают тюки прессованного сена. Так что притащили ребята это гнездо на свою беду. Говорят, председатель колхоза Юрий Федорович Бугаков обратился к ме­ ханизаторам, показывая на гнездо: - Вот что оставляем после себя на полях, хлопцы. Так работать больше нельзя. РУССКАЯ ПЕСНЯ В светлом небе одна за другой стали вызревать звезды, - круп­ ные и зеленые, какие бывают только в степи. Я подходил к полевому стану, когда услышал песню. Чисто и печально звучал женский голос - наверное, взгрустнула повари­ ха, поджидая с лугов косарей. Я остановился за березами, чтобы не спугнуть эту мелодию, легкую и трепетную, как огонек свечи. Давно живу в большом городе, а у города свои песни - с бой­ ким и стремительным ритмом, рожденные скоростью и грохотом мостовых. А эта мелодия была простая, как земля и небо, прого­ лосная и тягучая, как длинный ветер степей: Ой ты, полюшко, да широкое, Что ты, полюшко, затуманилось... И я увидел это поле, раздольное и печальное под луной, и тем­ ные тени облаков, призрачно скользящие по серебряным от росы