Дедов ПП_Русская доля

звон лошадиных ботал. Ботала, какие вешают на шею лошадям и коровам, в магазинах сейчас почему-то не продают, и местные жители вместо медных колокольцев хитроумно используют бро­ совые цилиндры от мотоциклов и другой техники.. Хотя и тяже­ лые такие ботала, зато впечатление от идущего на пастьбу стада такое, будто в церкви звонят к заутрене. А однажды (дело было ранней весною) я проснулся ночью от странных звуков. Кто-то большой и тяжелый ходил под окнами, останавливался и утробно, по-коровьему вздыхал. Ничего не было видно сквозь черные стекла, и только слышался пронзительный скрип мерзлого снега да эти тяжкие горестные вздохи. Озноб мурашками прошел по моей спине, я вскочил с постели, щелкнул выключателем. Ослепительный сноп света рванулся в окно, и я увидел, как шарахнулось там что-то огромное и рогатое, и долго трещали кусты и гудела земля под тяжелыми прыжками. Только потом я сообразил, что в гости ко мне наведывался сам хозяин Караканского бора - лось. Летними лунными ночами в моем домике такая тишина, что слышно, как потрескивают, остывая, смолистые доски веранды, как тихонько поскрипывают рассохшиеся половицы. Голубым си­ янием залита комната, и тишина кажется голубой, призрачной и зыбкой. В такие ночи невольно приходят на память слова Льва Тол­ стого: «Счастье - это быть с природой, видеть ее, говорить с ней.» Из своего домика я вижу и слышу природу, говорю с ней - слов­ но и не существует вовсе дощатых стен и гулкой жестяной кровли. И пусть он, домик мой, самый бедный и неприглядный в нашем дачном поселке, зато самый богатый звуками. А это для меня важнее всего. ЖИВАЯ ГОЛОВА - Ему только егерем и служить. Егерскую работу ведь никак не учтешь: уехал в лес, а что там делает? Может, спит под кустом, кто видит? Ой, ленив! Зимой как-то приехал к нему на кордон, а дело в сумерках было, иду мимо пригона, гляжу, - на крыше конс­ кая голова валяется. Присмотрелся, - она будто ушами шевелит и