Дедов ПП_Русская доля

- Ты куда эт бежишь, аж полы развеваются? - В магазин за хлебом. - Дак до закрытия ишо два часа. Глянул на часы - правильно. Спешить-то некуда, а я по город­ ской привычке несусь - язык на плечо. Всегда так: приедешь в деревню и первые два-три дня чувствуешь себя как бы не в своей тарелке. Утром, чуть свет, звякнет во дворе колодезная цепь - ты уже на ногах, телефонную трубку шаришь во тьме. Даже про­ гуляться выйдешь, задумаешься о чем, да и чесанешь вдоль де­ ревни, как наскипидаренный, словно куда-то боишься опоздать. Местные жители с улыбкой на тебя смотрят, собаки и облаивать от удивления забывают; с цепи, мол, человек сорвался, что ли? Остановивший меня сейчас средь дороги старик, Иван Митро­ фанович, тоже прячет усмешку в рыжие прокуренные усы: - Эдак, парень, носиться будешь, - по жизни пробежишь и ничо не заметишь. - А чего замечать-то? - Вот те на! - удивляется старик. - Да хотя бы то, што старуха моя седня рыбный пирог испекла. Неужели не чуешь по запаху? Я смеюсь, повожу носом, принюхиваюсь. Пресно пахнет талым снегом, отволглой на солнышке, горьковатой осиновой корою. И неожиданно ощущаю: со стороны бревенчатого дома, в котором живет Иван Митрофанович, наносит березовым дымком и непов­ торимым, до спазмы в горле, аппетитным запахом только что вы­ печенного хлеба. - Заходи на пирог, - приглашает старик. - Старуха рада будет. Сворачиваем с дороги, пересекаем ложбинку, заросшую мел­ ким сосняком и осинником. Потом-то я догадался, что старик, на­ верное, специально повел меня этим окольным путем. А он обер­ нулся, хитро прищурился: - Видел, как грибы на снегу растут? Сходи вон за эту осинку, погляди. Я недоверчиво поглядел на старика: не разыгрывает ли? Но