Дедов ПП_Русская доля

- О-о! - восхищенно воскликнул дед, - гумага тонкая, не воню­ чая и при затяжках не пыхает... Да разве бы я дал такую книгу в волосатые лапищи этому ворова­ тому хохлу, будь я заведующим библиотекой?! Но тут меня смущал еще один момент: я никогда не слышал, чтобы библиотекарем рабо­ тал мужчина. Профессия-то женская. Но и здесь растолковала мне, когда я поделился своей мечтой, строгая Евстолия Никоновна: - Эк, бестолковый ты парнишка, - сказала она. - Да само слово- то «библиотекарь» какого рода? - Ну, мужского. - Вот и понимай, значит: первыми библиотекарями, а так же вра­ чами, писателями, парикмахерами были не женщины, а мужчины. А Тарас Бульба все-таки попался в мои жадные руки. Прав­ да, не помню уж теперь - откуда. Помню только, что, прочитав повесть, я был не только восхищен, но и поражен, подавлен сва­ лившимися на меня живыми образами людей, не придуманных, а именно живых. Вслух и про себя перечитывал без конца затре­ панные страницы, запорожские казаки стали сниться мне в горя­ чечных снах, несколько дней я жил как в бреду - вместе с каза­ ками бился с поляками, плакал, глядя из толпы на казнь Остапа: «И упал он силою и воскликнул в душевной немощи: - Батько! Где ты!? - Слышу! - раздалось среди всеобщей тишины, и весь миллион народа в одно время вздрогнул». Я буквально заболел, потерял сон и аппетит. Это заметил мой дядя Леша, стал допытываться, я рассказал ему о своих напастях. - Зря ты так, - сказал дядя. - Он ведь все выдумал, твой Гоголь- моголь. - Как выдумал?! - закричал я. - Как такое можно выдумать? Тараса Бульбу к дереву гвоздями прибили и зажгли под ним кос­ тер: «А уж огонь подымался над костром, захватывал его ноги и разостлался пламенем по дереву...» Больно! - Ты успокойся, - настаивал дядя Леша. - Подумай сам - как мог твой Гоголь подсмотреть, за всеми казаками подслушать, что они говорят и даже уразуметь, что они думают? Как он мог все это узнать и записать?