Дедов ПП_Русская доля

грибнику: мясным пельменям по вкусу и питательности далеко до опеночных. Теперь, наверное, вам понятно, почему дядя Сема целыми дня­ ми рыскает по лесам? Аж похудел, с лица опал, бедолага. - Бросьте вы понапрасну ноги да время убивать, - советовал я. - Ни-ког-да! Думаешь добыча меня интересует? - кричал он, размахивая руками. - Нет, сам прынцып! Не было еще такого, чтобы я не нашел гриб, какой захочу!.. И продолжал бегать. Надо сказать, старик он самолюбивый, терпеть не может возражений, и я давно искал случая как-нибудь его проучить. И случай такой вскоре представился. Как-то вече­ ром сидел я с удочкой (забыл сказать, что дачный поселок наш на­ ходится на берегу Обского водохранилища), - сидел на огромном пне, который корячился на кривых узловатых корнях недалеко от берега. Таких пней здесь много. Коренья их оголила, вымыла вода, и осенью, когда уровень ее падает, пни на своих оголивших­ ся, причудливо изогнутых лапищах-кореньях напоминают то ось­ миногов, то других допотопных чудовищ. Так вот, сидел я в тот вечер, ловил рыбку. И вдруг... видно, на счастье мое великое, крючок зацепился за корень соседнего пня, я дернул, - не тут-то было! Полез отцеплять, сунул голову вниз, меж кривых корней, - батюшки мои, опята! Под самым пнем, вниз шляпками, да сплошняком, будто желтая пена накипела! Ту­ гие, что резиновые, шляпки в темных крапинках, а запах-то, за­ пах! Все правильно: осень сухая, даже жаркая, а им тут и влага, и прохлада от воды, - чего не расти? Рванул я за корзиною, добрая у меня корзина, ведра на три. Ну и начал шуровать под пнями. За каких-нибудь пару часов под са­ мую ручку наворотил, насилу до дома дотащил. Тут и вспомнил про великого грибника. Кричу через забор (дядя Сема только что из леса пустой вернулся): «Идите, - опятами угощу!» - Ты? Опятами?! Да так и покатился со смеху. Я не поленился, корзину к самому забору подволок. Глянул он, и от удивления его и без того круглые глаза округлились, полезли из орбит - прямо хоть ладони подставляй.