Дедов ПП_Русская доля

Сидишь с удочкой в зоревой утренний час над тихой водою, и все твое внимание, все существо сосредоточено на кончике пе­ рышка-поплавка, который и не дрогнет. Только если чуть качнет ветерком - тоненькая рябь кругами пойдет от поплавка, ломая его отражение а воде... А утро между тем началось: в мокрых кустах завозились пти­ цы, и блестящие, словно покрытые лаком тальники стряхивают ночную росу, и бог весть откуда донесло сладковатый дымок рыбацкого костра, и вот уже взошло солнце, и вода вздогнула от ветерка - алая рябь пошла по всему озеру, словно закачались на воде слитки червонного золота. Но ты ничего этого не видишь и не слышишь, потому что все твое существо сосредоточено на кончике злосчастного перышка-поплавка. Или взять грибника. С раннего утра до позднего вечера бродит он, бедняга, по запутанным тропам в медном звоне осеннего леса, в шуршании палой листвы, наступает на поздние цветы, которые в эту пору особенно очаровательны. А над ним - такое высокое небо, и такое чистое, словно омытое первой прохдадой, и обла­ ка по-летнему еще налиты молочной белизной. Но ему некогда поднять голову вверх, полюбоваться всем этим - так и ходит он весь день понурый, а ночью, лишь закроет глаза, - шуршащие листвою тропинки встанут перед ним да солнечные поляны, заля­ панные коричневыми шляпками грибов. То же самое и заядлому охотнику-увлечение не дает оглянуть­ ся вокруг. Скажем, тропит он зайца по первой пороше, целый день ходит по следу, пытаясь распутать хитрую заячью «карусель», и не увидит того, как прекрасен лес под первым снегом, как при­ чудливо узорчата каждая веточка, опушенная инеем, - словно бы выкованная большим мастером из звонкого серебра... Нет, напрасно считают страстных рыбаков, грибников или охот­ ников такими уж знатоками природы, тонкими ценителями ее кра­ сот. К примеру, иной охотник во всех подробностях расскажет вам повадки зверей и птиц (подлежащих отстрелу, разумеется), но он не