Макаров А. Ф., Родимая глушь - 2014

дом шагу. Кажется: ну за что любить такие места, ведь есть же на свете более красивая и удобная для жизни земля? Но вот что удивительно — чем становишься старше, тем чаще вспоминаешь свою родимую глушь. Мои воспоминания о детстве отрывочны — ведь прошло уже семьдесят лет. Тогда мне казалось, что каждая изба окна­ ми похожа на свою хозяйку. Ухоженные, чистые или скосо­ боченные рамы, как баба, уставшая от работы до ломоты во всем теле. Помню, что такого количества комаров невозможно себе представить. Сколько же гнуса1было в наших краях! Когда пасли коров, то без накомарника находиться рядом со ста­ дом было нельзя. Кровососы просто выпьют кровь в тече­ ние часа. На солнце можно смотреть без темных очков, и оно покажется мутным пятном на небе. От роя гнуса в ушах слышишь непрерывный гул. С наступлением жары комары отступают, но начинают докучать пауты и слепни, а ближе к осени — мошкара. Укус паута болезненный, как удар бича2. Он крупнее пчелы, и количество выпиваемой крови не идет в сравнение с тем, сколько выпьет комар. Мошка проникает в любую щёлку, но особо любимые места — глаза и паховая область тела. От ее укусов веки отекают так, что глаз не вид­ но, а в паху поднимается зуд и образуется опухоль. В пору моего детства личное стадо коров было таково, что пасли их по два человека. А колхозного поголовья — еще больше. Теперь на всю деревню три коровы, а общественно­ го стада нет. Наши земли расположены на заливных лугах и потому плодородные. Сенокосы всегда были высокопродук­ тивными, и сейчас стоит трава по грудь, но никто ее не ко­ сит. А ведь только наша деревня могла бы дать тысячу тонн мяса, и таких деревень в сельском Совете было одиннадцать. Теперь кто будет давать и кому? Зато покупаем говядину в Аргентине, а в Австралии — кенгурятину. 1 Гнус — кровососы: комары, мошка, пауты. 2 Бич — длинный хлыст, сплетенный из кожи. 6