Макаров А. Ф., Родимая глушь - 2014

некуда падать, и они спокойно сидят на палке с соломой и клюют овес. Мне пришлось три раза ходить за косачами, пока всех вынес. В прошедшее воскресенье доели последнего косача, спросите Раю. Все дружно захохотали, одобрительно кивая Николаю Ивановичу: умеет же он добывать дичь, не то что некоторые горе-охотники. И тут Деветьяров Василий, одноглазый мужик, потеряв­ ший глаз в кузнице от отлетевшей окалины, с усмешкой спросил Николая Ивановича: — Так в чем же секрет твоих необычных успехов в охоте на косачей? — Ну, вы, блин, даете! Давно пора догадаться по моей охоте на гусей. Я беру четвертинку водки, замачиваю в ней овес, и только убираем последнюю полоску овса — начи­ наю помаленьку разбрасывать замоченный овес на том месте, где буду ставить тынок. На тынок же я закрепляю метелки овса, также замоченные в водке; косачи привыка­ ют к ней и, как алкоголики, летят к моему тынку — вот и весь секрет. Смех мужиков можно сравнить только с картиной каза­ ков, пишущих письмо турецкому султану. прельские посиделки мужиков на бревнах с самоса­ дом и тихими беседами о погоде, видах на возмож­ ность наводнения или чей табак забористей, проходили только до середины месяца. Потом времени у мужика в де­ ревне нет: ежедневные заботы при подготовке инвентаря к весенним работам занимают весь день, с раннего утра и до вечера. Я уже говорил, что снега в наших краях на берегах Тары выпадали глубокие, и в этом году особенно глубокий снег лежал в лесу. Дикому зверю беда, особенно страдали ТОРЖЕСТВО НИКОЛАЯ ИВАНОВИЧА