Сибирские огни, 2018, № 3

87 ВАЛЕРИЙ ХАЙРЮЗОВ БАРАБА от былых привязанностей, свободна от нашего школьного двора, от всех нас, остающихся в привычной школьной упряжи. Да, тогда так казалось. Кто-то из малышей побежал по кругу с колокольчиком. Катя подходи- ла к каждому и, вытирая слезы, что-то говорила. Слезы на щеках Тимофе- евны — это было так непривычно, что многие тоже прослезились. Наконец она подошла ко мне и, улыбнувшись, тихо, чтоб слышал только я, пропела: О Чико, Чико! Ты посмотри-ка, Кто к нам приехал Из Пуэрто-Рико! Ах, с Рёлки Лера Почти пилот… И неожиданно поцеловала в щеку. Помахав всем оставшимся в строю, Катя ушла — вроде ее и не было вовсе. Но в моей памяти она осталась такой, какой я ее видел на последней линейке. И на всю жизнь запомнились ее слова, чт о мне надо делать дальше. Сама того не зная, Катя начертала жизненную программу, которую я начал воплощать. «Барабинская стенка» Место под футбольное поле мы долго подыскивали с Олегом Овод- невым и пришли к выводу, что лучше всего подходит бывший плац, где на вечернюю поверку строили солдат зенитной батареи, в которой служил Катин отец. Для меня в этом был особый смысл: здесь вновь оживала па- мять о Кате, о том времени, когда мы вместе ходили в кино и разучивали пьесу, в которой я так и не сыграл главную роль. Поле ровняли всей улицей, нам помогали даже Катины подружки. Между ними, оказывается, шла активная переписка. Много позже я уз- нал, что Катя в письмах просила их помочь. Разровняв и увеличив поляну до размеров футбольного поля, мы поставили штанги, повесили сетки, сделали разметку. И к нам стали приходить и приезжать со всего пред- местья, более того, на нашем поле мы провели несколько игр с городскими командами. Именно здесь, на спортивной арене, во время товарищеских игр были налажены нормальные отношения с ребятами, с которыми рань- ше мы враждовали. Жить осажденной крепостью надоело, а постоянные стычки омрачали жизнь. То последнее беззаботное лето я провел на нашем самодельном фут- больном поле, там я готовился к соревнованиям, метал диск, копье, пры- гал в длину и высоту и даже пробовал прыгать с шестом. И конечно же, почти каждый день гонял мяч. Как-то отец пошутил, что если бы ту энер- гию, которую я затрачиваю гоняя мяч и ровняя поле, направить в нуж- ное русло (а, по его мнению, это были работы в доме или на огороде), то мне бы цены не было.