Сибирские огни, 2018, № 3

62 П Р ОЗ А Валерий ХАЙРЮЗОВ БАРАБА П о в е с т ь У Московского тракта О той теперь уже далекой и недосягаемой жизни я вспоминаю каж- дый раз, когда автобус довозит меня до Барабы и я по привычной грязи и хляби тащусь в свое далекое детство. Его уже нет и нет тех примет, тех людей, которые когда-то заполняли мою жизнь. Может, именно поэтому мне они сегодня дороги как никогда. Стоящая на Московском тракте Бараба имела непростую историю. Притулившись одним концом к стенам знаменитого на всю Сибирь Воз- несенского монастыря, она пыталась из этого извлечь свою выгоду. В ка- менной монастырской гостинице останавливались паломники, но в ней всем места не хватало, и местные с удовольствием брали на постой извоз- чиков, купцов, богомольцев, которые, желая попасть в Иркутск, ожидали на Барабе переправу через Ангару. В шинках и кабаках их поджидало разного рода жулье: кошевочники, шулера, лихие людишки, гулящие дев- ки — кто-то с крестом, а кто-то с кистенем. Рассказывали, что разбойни- ков хватали, судили и отправляли на рудники, а когда в состав Российской империи еще входила Русская Америка, то ссылали и туда, далеко и на- долго. В тридцатые годы XX века монастырь снесли, монастырскую гости- ницу и кой-какие оставшиеся постройки приспособили под жилье работ- никам строящегося мелькомбината. На заросших боярышником полянах и буераках подавшиеся в город на стройки вчерашние крестьяне от бе- зысходности спешно начали городить засыпушки. В народе эти стихийно возникавшие улочки называли Нахаловками. Нередко рядом становились табором цыгане. Но если первые еще пытались обустроить свое житье- бытье по образу и подобию деревенской жизни, то вторые с наступлени- ем холодов откочевывали в более теплые края. Перед войной Нахаловки переименовали в Рёлки, была проведена нумерация домов, обитателей за- валюх обложили налогами. Живешь, пользуешься землей — плати!