Сибирские огни, 2018, № 3

132 ВИКТОР КОСОУРОВ ВСЕ ВОЗВРАЩАЕТСЯ колено. Я изначально для себя решил, что надо съездить непосредственно к животноводам. Чего мне заезжать в контору, разговаривать с местным начальством? Слушать правильные бодрые доклады, не самые искрен- ние, возможно, слова, листать выверенные заранее отчеты? Подъезжаем к ферме. Уже выйдя из машины, вижу, что кто-то вышел из здания с торца. Я не был никогда в коровнике — не знаю, куда захо- дить. Вот и направился к тому углу, где издали завидел человека. Когда же подошел к торцу коровника, никого поблизости уже не было. Ну лад- но, подхожу к дверям — трех-, четырехметровые створки, в целом проем ворот метров пять. Ворота с наледью, тяжело открываются из-за нерас- чищенного снега. С трудом открываю… А оттуда пар идет, и скотина там и находится, в этом пару. Где-то вдалеке мерцает лампочка, но кроме этого слабого ее огонька не видать ни зги, хоть глаза выколи. Но я себе говорю: «А ты что хотел увидеть здесь?! Оранжерею?! Тем не менее, люди здесь работают, значит, и ты должен». И пошел я в эту темноту. В зимних кожаных ботинках — недорогих, но новых, помню точно. Вдруг слышу этакий хлещущий свист буквально возле своего ли- ца — слева, справа. А это, оказывается, коровьи хвосты! Коровы ряда- ми стоят, задом ко мне, — и хвостами машут. И тут я с ужасом обнару- живаю, что в темноте вступил в какую-то жижу, попал одной ногой, тут же — второй, и понимаю, что это уже все, я по уши в навозе!.. Но по инерции ступаю еще несколько шагов вперед, не видя, куда иду, и в ужасе представляя, что просто упаду сейчас во все это и надолго стану здесь посмешищем: «Городской, мол, приехал в деревню, не может в коровник зайти! Вот оно — советское начальство, новый секретарь райкома комсо- мола!» Я, от греха подальше, очень осторожно, по чуть-чуть, ретировал- ся, вышел из коровника на воздух, поскорее вернулся к машине и сказал водителю: «Ну все, пообщались с людьми, давай назад». Мы уехали. Я действительно был выпачкан навозом по колено, дома еле отчистился. На другой день я приехал к секретарю местной комсомольской орга- низации и мы отправились на ферму уже с ним вместе. Оказалось, надо было с середины заходить в этот коровник! Там — «красный уголок», там же, неподалеку, хранят механизмы для дойки, там и люди в случае общих собраний собираются. Я выяснил все это, просто пропустив местного се- кретаря вперед. Дальше уже несложно было сделать вид, что я всю жизнь хожу по фермам. Я долго никому об этом не говорил. Мне было страшно стыдно. Толь- ко спустя годы смог об этом свободно и даже с самоиронией рассказы- вать. Но этот случай отпечатался в моем сознании навсегда. Я окончил строительный институт, жил на проходной кирпичного за- вода и никогда не скрывал, что не отличаю овес от пшеницы. Хоть немало времени с самого детства я проводил в деревне Курочкино, и у родителей был огород и корова, я хорошо понимал, что это — не сельское хозяй- ство. Настоящее сельхозпроизводство — сложное, тонкое и трудоемкое дело, требующее специального образования, а для работы на руководя- щей должности еще и большой практики за плечами. Иначе очень просто