Сибирские огни, 2018, № 3

112 СЕРГЕЙ КУЗИЧКИН РАЯ, АДА И ЧИСТИЛЬЩИК А я не остановился, не вернулся. Я почему-то вдруг вспомнил соседку Весту, что писала мне письма, когда я служил в армии. Простые весточ- ки из дому, о житье-бытье, без намека на любовные отношения. Пись- ма были располагающие к дружбе, но когда я вернулся домой, Веста при встрече скромно отводила глаза и говорила мне «вы», хотя была младше всего на три года. Веста, сама не зная, отвела и отняла меня тогда от Раи. Мне показалось, что именно Веста окликнула меня, позвала из окна пятого этажа своего дома возле здания госбанка, что в другом районе го- рода. Во всяком случае, я подумал о Весте, зримо представил ее фигурку, лицо, ее большие глаза с серо-зелеными зрачками и торопливо зашагал на- зад обратным маршрутом, теми же дорогами и улицами, какими шел к Рае. Мимо «Тайги», мимо «Победы», через виадук и вокзал. Я даже не вспом- нил тогда о чистильщике и не помню, как проходил мимо его будки. А око- ло пятиэтажки в районе госбанка, где прошло мое детство и юность, я за- метил на скамеечке знакомую фигурку. Веста или не Веста? Да, она! Я сел рядом. Веста смутилась и, ответив на приветствие, опустила глаза. — Я что-то сегодня вспомнил вдруг о твоих письмах, что писала в армию, — сказал я. — Подхожу к дому — и вижу тебя здесь… Со- впадение? — Да, совпадение, — сказала Веста, на секунду подняв на меня взгляд. — Я тоже подумала почему-то про вас сегодня, вышла во двор, села на скамейку, а тут и вы идете… Она быстро соскочила, ринулась к подъезду, и через секунду дверь за ней захлопнулась. Я посидел еще минут десять, а затем тоже поднялся и двинул через пустой двор к госбанку. У газетного киоска остановился и глянул на окна пятого этажа. Из одного, раскрытого на обе створки, смотрела на меня Веста. Целый день я думал о Рае: правильно ли поступил и почему посту- пил так, а не по-другому? Ближе к ночи успокоился, решив, что я посту- пил именно по-другому, а не так, как хотел с утра, что вчерашнее наваж- дение прошло и от судьбы мне не уйти. Сделав вывод, что я все же не был влюбленным в Раю, я уснул в кресле перед телевизором, не добравшись до постели. Спал я недолго. Как определил потом — минут двенадцать, но эти минуты в мире сна обернулись для меня долгим хождением среди цветущих белых яблонь. Я был во сне с Раей, влюбленным в Раю, и она водила меня по своему саду, по дорожкам среди деревьев и цветов. «Вот такой всегда, каждый день будет наша жизнь», — шептала она, и я со- глашался, соглашался, соглашался… Влюбленность в Раю растаяла с окончанием сна. Я понял это и ста- рался не думать о ней. Я не думал о ней все лето, занимаясь, как считал, неотложными де- лами, поглощавшими мое время с утра до вечера. А осенью я встретил Любовь. Любовь закружила меня восторгом и желанием любить. Зимой Любовь стала моей женой, и я был счастлив с нею несколько лет. Од-