Сибирские огни, 2018, № 3

108 СЕРГЕЙ КУЗИЧКИН РАЯ, АДА И ЧИСТИЛЬЩИК и козырек захлопнет вход и большущее, во всю стену, окно ресторана со всеми его посетителями, официантами и поварами. Я нечасто бывал в этой части городка, а дальше по Советской, за «Тайгу», и вовсе зашел в тот день впервые. Открыв для себя новый промтоварный магазин в большом белом оштукатуренном доме, я сразу за ним, в проулке, увидел будку чистильщика. Сейчас понимаю: одно из главных отличий молодости от зрело- сти — не особо вдаваться в детали и принимать факты как есть, без во- просов. На вкопанный посреди Старобазарной площади бетонный столб обратили внимание все, кто жил неподалеку или ходил через площадь, но для чего столб там поставили, заинтересовались лишь люди возрастом за пятьдесят. Информацию на железнодорожном вокзале: «Следующий в западном направлении пассажирский поезд опаздывает на восемь с по- ловиной часов!» — поняли и приняли все двадцать три пассажира с би- летами на этот поезд, а вот в чем причина задержки, пошли выяснять к дежурному только трое пенсионеров и одна многодетная мама тридцати шести лет. И я, конечно же, и не подумал тогда задать себе вопрос: почему чи- стильщик поставил свою будку, похожую на телефонную, только больше- го размера, не на вокзале или на колхозном рынке, где клиентов у него было бы гораздо больше, а в неприметном местечке, ближе к окраине? Не удивило меня тогдашнего и то, что раньше чистильщиков-одиночек я видел только в кино, а у нас в городе затасканную одежду сдавали в химчистку Дома быта, а обувь чистили сами. И тут вдруг… Много лет спустя, вспоминая о том дне, я задумался: а кто мне сказал тогда, что человек, стоящий возле будки, чистильщик? И не сра- зу вспомнил, что он же сам и сказал. Да, он сказал о себе в разговоре со мной. Но то, что он чистильщик, я же понял сам! Едва повернув с Со- ветской в проулок за промтоварным магазином и увидев мужчину-шатена лет сорока в белой рубашке и черных брюках, я сразу сообразил, что это чистильщик. В белой рубашке, без фартука. Мужик как мужик. Он сто- ял возле будки, даже не похожей на рабочее место чистильщика обуви. Именно чистильщиков обуви я несколько раз до того видел в фильмах. Однако этот — я был убежден! — был из тех, кто чистил и обувь и одеж- ду. Почему я так решил, едва увидев его, и почему был готов к тому, что он со мной заговорит, а я ему отвечу? И главное, почему я остановился? Ведь я не видел и не хотел видеть ничего и никого вокруг. Мысли мои были тогда не со мной, а летели вперед — к белокудрой Рае, с кото- рой познакомился я на открытии танцевального сезона в городском парке в последний день весны. Мысли, а вслед за ними и чувства мчали меня к ее дому, где она назначила мне встречу в первый день лета. Вот поворот и вон где-то там за ним ее дом. Там у ворот Рая. Я был уверен, что она ждет меня. Сидит на скамеечке с веточкой сирени или стоит у палисад- ника. А я взял и остановился возле странной будки, возле человека в чер- ных брюках и белой рубашке.