Сибирские огни, 2018, № 3

100 ВАЛЕРИЙ ХАЙРЮЗОВ БАРАБА В 1909 году из Иркутска к своему отцу, священнику, в село Хар- чев приехала кареглазая красавица Мотя. Село Харчев расположено от Кимильтея на расстоянии 10—15 км. На обратном пути в Ир- кутск она заехала в Кимильтей к своим родственникам. Там наш бу- дущий отец и будущая мать встретились, познакомились и, видимо, очень понравились друг другу. Поскольку отец, как мы знаем, был не из робких и стеснитель- ных людей, то в 1910 году, после родительского благословения, поехал в Иркутск, оформил в духовно-приходской школе необходимые доку- менты об увольнении своей будущей жены, привез ее в Кимильтей, и сыграли свадьбу. Родилась Матрена Даниловна в 1894 году. Через год ее мать умерла. До 8 лет Матрена Даниловна, тогда еще Мотя, жила и вос- питывалась у тетки в селе Харчев. Потом ее отец, Данила Андреевич Ножнин, поступил в Санкт- Петербургскую духовную семинарию, а ее пристроил в духовно-при- ходскую школу, что находилась в предместье Марата в Иркутске (в духовно-приходскую школу принимали только детей священнослу- жителей). Там она получила специальность учительницы начальных классов и хорошее воспитание. Матрена Даниловна имела хороший голос и пела в церковном хоре. В 1911 году у них родилась дочь Надежда, а в 1913 году — сын Николай. В дальнейшем дети рождались каждые 2 — 3 года. В августе 1914-го началась империалистическая война, и моего отца призвали в действующую армию… Когда я читал записи, то думал, как мне повезло: я знал бабу Мотю и деда Михаила, которые пережили две мировые, Гражданскую, коллек- тивизацию, голод тридцатых годов. И еще я как бы другими глазами по- смотрел на отца — когда объездчики чуть было не запороли его нагайка- ми за подобранные с поля колоски… Приехала тетка, спросила, сколько стоит билет до Бугуруслана. Я подумал немного и ответил, что примерно рублей тридцать. Она не по- ленилась, сходила на вокзал и проверила у кассира: билет до Бугурус- лана стоил двадцать семь рублей пятьдесят копеек. Столько и дала. Дед из своей пенсии купил билет до Иркутска. А баба Мотя насыпала в кор- зину большое ведро крыжовника, и вся куйтунская родня пошла меня провожать. Впереди шагал герой Первой мировой дед Михаил: грудь колесом, а нос держал, как говорят летчики, по горизонту. По такому поводу он достал из сундука военную гимнастерку, приколол на грудь медаль «Ве- теран труда», и я почему-то пожалел, что на нем нет той казачьей формы, в которой он был сфотографирован вместе с бабушкой в день возвраще- ния с империалистической войны. Встречая односельчан, он с гордостью