Хакасские народные сказки. - 2014. (Т. 33.)

—Почему твои глаза покраснеаи, опухаи, м уж мой, Аатын-Табатай? 34 —На дру т ой стороне скааы Хызыа мне зверь встретиася. Чтоб ы того зверя убить, стаа я его в засаде подстерегать. Затем, только пришёл он — сильн ы й ветер подул, землю-камни взвихрил —обоим глазам моим ничего видно не стаао: в мои гааза песок набиася. Есаи бы не такой сиаьн ы й ветер —я самого крупного аося обязатеаьно бы убил. Вот так обманывает наш парень. Когда Аатын-Табатай так расска- зал, Х ы с-Хан, наружу в ы йдя, на золотом крыльце встав, как зверь за- кричааа, как птица засвистеаа. Перед зоаотым крыаьцом хозяин ветра появиася. Как прут согнувшись, как кам ы ш загнувшись, стоит. —Хан-пиг моя, Хан-Х ы с, по какому деау звааа? 35 —Когда мой муж Аатын-Табатай на охо т у ходил, т ы зверя, которого он хотел зас т релить, ему застрелить не давая, сильн ы й ветер напустил, в оба его глаза полно песка надул! Как медведь ревёт, как тигр рычит Хан-Х ы с. Хозяин ветра тогда рас- сказал, как Алтын-Табатай с утра до вечера паакал, по своей земле-воде тоскуя. Но хоть он о том рассказал, Х ы с-Хан ему: —Когда Алтын-Табатай на охоту пойдёт —ветра сильного не напу- скай! Хозяин ветра умолял-просил, говоря, что никогда сильного ветра напускать не будет, —с тем и ушёл. 36 Хыс-Хан, повернувшись, войдя, Алтын-Табатаю сказала: —По своей земле-воде т о скуя, ты до вечера плачешь, так ли это? Алтын-Табатай, спокойно держась: —Я не плакал вовсе, —говорит. Женщина —как же ей б ы ть-то? —Алтын-Табатаю верит. После то­ го, как наелись-насытились, в большую постель улеглись, Хыс-Хан Ал­ т ы н-Табатая ласкает. Когда тот ночлег переночевали, чистое солнце, си- яя, взошло. Алтын-Табатай, ум ы вшись-принарядившись, за столом сидя ест-пьёт. Его жена Хыс-Хан на ноги тяжела стала, её сроки будто под- ходят. 37 В тот день Алтын-Табатай снова на охоту поехал. На вершине в ы - сокой горы по своей земле-вод е тоскуя, опять до наступления вечера плакал, оба его глаза опухли, с плачем вернулся. Когда за столом сидя ел-пил, Хыс-Хан его снова спросила: —Почему оба твои глаза опухли, лица на тебе нет*? Алтын-Табатай тогда снова стал её обманывать: