Русский семейно-обрядовый фольклор Сибири и Дальнего Востока. - 2002. (Т. 22.)

Да за титечки не ухватить. Как сват ы сватали, пиво-вино пили — При том деле окольн ы е люди б ы ли. А м ы , друженьки, засыльные люди б ы ли. Жива ли ваша княгиня молодая? — Жива! — А наш князь молодой остался в чистом поле, Широком раздолье. Стоит он на ворон ы х конях, на шелковых коврах, Под белой березой. Бьет он гусей-лебедей и серых уток, Себе кушанье на обед пасет. А в ы , сват и сватушка, на наш обед не надейтесь, У Бога милости просите, да свой припасите. Коням — сена по копне, овса по зобне, На стол — хлеба каравай, И я, друженька, больше ничего не знаю. РУКОБИТЬЕ Рукобитье ( обрученье, зарученъе, пропоины ) в большинстве районов Сибири совершалось через несколько дней после просватанья, сразу или на следующий день после смотрин (где они б ы ли), реже — до смот­ рин, в тот же вечер, как просватают. На рукобитье закрепляли договор о женитьбе и «-пропивали» невесту. Обряд совершался в доме невесты, куда приглашали ближайших с обеих сторон родственников, в некото­ р ы х районах — девушек (незамужних подруг невесты). Когда все соби­ рались, ее отец « затепливал » перед иконами свечу и пос ы лал с ы на за сестрой-невестой в куть, где та сидела на лавке. Девушка падала вошед­ шему брату в ноги и причитала: Родимый мой братец! Не могу я встать-поднят ь ся С обр у чатой бе л ой лавочки. Подсеклись мои резвы ноженьки, Опустились белы рученьки, Покатилась с плеч головушка. (Белослюдов, с. 3) Брат в ы водил сестру за руку, и все безмолвно молились. После чего ее отец, взяв в правую руку платок (или деньги), брал правые руки