Алтайские народные сказки. - 2002. (Т. 21.)

— Еще сильнее три, — сказала она. Когда Башпарак стал тереть еще сильнее: — Теперь хватит, — скуля, проговорила Дьелбеген, у которой по спине кровь текла. Как только Башпарак хотел повернуться и уйти, семиголовая Дьелбеген, вдруг схватив его, быстро засунула в свой черный-пречер- ный мешок и завязала его. Хоть он и пытался вылезти, но никак не смог. Ему показалось, что силы покинули его. Лохматая Дьелбеген, торопливо семеня, пошла к своему аилу. — Э-эй, — подал голос Башпарак, — вы засунули меня в закры­ тую суму, но если я умру, то мое мясо испортится, так ведь? Невкусным [станет]. Головы Дьелбегена от удивления, ударяясь друг о друга, скло­ нились к ней и сказали: — И вправду вы бы отдохнули. 5 Дьелбеген действительно подумала: «Погодите, если семь голов говорят в один голос, то почему бы не послушаться [их]». Мошенни­ ца поставила мешок и, вытянув обе ноги, стала отдыхать. Дьелбеген задремала Башпарак, услыхав ее храп, быстро выбрался из мешка и наполнил его камнями, гнилушками. А сам пришел на поле, где работал, вытащил свою соху, воткнутую в землю, опять начал распахивать поле. Прошло не так много времени. Дьелбеген, под­ нявшись, тут же взвалив на спину мешок, заковыляла к своему аилу. «О-о, мои дети сейчас очень обрадуются», — подумала она Как вошла Дьелбеген в дверь, дети закричали: — Наша мама не поймала Башпарака, оказывается. Те же гни­ лушки, камни принесла на спине, — сказали они. — Вы, голодное семя*, только и смеетесь надо мной. Башпа­ рак будет самой лучшей едой. Смотрите! — так сказав, когда она вытряхнула мешок, там оказались гнилушки и камни. — Э-э, Башпарак, когда я поймаю тебя, вот увидишь, я сверну тебе голову и положу в мешок. 6 Когда Башпарак пахал, Дьелбеген опять пришла. Пахарь уви­ дел ее, но продолжал вспахивать пашню. Дьелбеген [сказала]: — Эй, Башпарак! Что это ты делаешь? Что за человек ты,все пашню пашешь! Подошел бы да почесал мне спину. Башпарак приподнял острие сохи, подошел к Дьелбегену. Дьел­ беген сидела, подставив спину солнцу. Башпарак подошел и стал острием сохи вверх и вниз тереть паршивую спину. Довольная