Русский календарно-обрядовый фольклор Сибири и Дальнего Востока: Песни. Заговоры. - 1997. (Т. 13).

христианское название Иванов день, Иван Купала, Янов день. В этот день не только купались, но и устраивали обливание. С помощью обли­ вания пытались не только очиститься, но и магически повлиять на погоду, вызвать дождь. В Сибири в некоторых местах про обливающих­ ся говорили: "Дождя ворожут". По мнению А. Потебни, "„купальские и иные им подобные огни имеют силу давать урожай и прогонять смерть не сами по себе, а потому, что олицетворяют солнце"1. В большинстве мест Сибири, имевших водоемы, по их берегам в ночь на Ивана Купальника с наступлением темноты молодежь разжига­ ла костры, купалась и обливалась водой. Если не было водоемов, ку­ пальские огни зажигались на полянах за селом Через костры бросали венки, прыгали. До сих пор бытуют легенды о волшебной силе расцветающего толь­ ко в ночь на Ивана Купала цветка папоротника. Нашедший его обретал дар провидца и способность понимать речь животных и растений. Сибиряки верили, что в ночь на Ивана Травника получала свободу действия нечистая сила. Колдуньи пробирались в хлевы, доили и порти­ ли коров, оборачивались собаками (чаще черными), овцами, свиньями, пугали людей. В летней календарно-трудовой обрядности Иван Купала — кульми­ национный праздник, тесно связанный с будущей жатвой. В древности купальскими обрядами надеялись очистить себя, обеспечить сохран­ ность урожая и его успешную уборку. Поэтому в купальских песнях непременно, подчеркивается обязательность основного обрядового дей­ ства этого праздника: Купался Иван — Ой, купався Иван — Доведется и нам.. Не ммнется и нам.. (№ 320) (№ 327) В некоторых текстах песен отражена оргиастичность празднования. Купальские песни широко распространены в белорусских и ук­ раинских обрядах. Принято считать, что в русских обрядах они не сохранились2. В Сибири записано несколько русских купальских песен (№ 319, 329, 333) от потомков смолян, от русских старожилов (чалдо­ нов). Установить родословную большинства носителей фольклора не удалось. Анализ поэтической и музыкальной структуры не дает осно­ ваний утверждать, что во всех случаях мы имеем дело с заимство­ ванием украинских и белорусских песен. В ряде мест в купальских и петровских обрядах зримы следы Яри- лина дня. Например, в Тюменском уезде на петровские "яичные" заго- гПотебня АлЛф. О некоторых символах в славянской народной поэзии. — Харьков, 1914 — С 163. Цит. по: Арсекь Лис. Купальскія песні. — Мінск, 1974 — С 39—40. 2Русское народное поэтическое творчество / Под ред. Н.И. Кравцова. — М., 1971 — С. 49.