Тувинские народные сказки. - 1994. [Т. 8.]

43 - Появилась девушка — красивей двух девиц, появившихся раньше. — А кто за тобой? — спросил. — Муж мой, Сын Медведя Ыйгылак-Кара-силач, — сказала. Корчеватель Лиственниц Узун-Сарыг-силач: — И самую красивую себе взял, и больше всего скота себе взял, перережу-ка [аркан] я и жену заберу, —сказал и, хотя корчеватель Улуг-Кара-силач отговаривал, перерезал аркан. Обратно упал в Нижний мир; не зная, как быть, —невозможно наверх подняться — пошел. В аал тещи пришел. 44 Так вот_. — Где твои люди? Почему ты вернулся, сынок? — говорит. — Своих людей, скот наш, юрты-добро — все отправил наверх. А остался я, теща, потому, что аркан перерезали — не зная, как наверх подняться, я и пришел. 45 Так вот дальше... Тут теща сказала: — Как же, сынок, подняться теперь? Отдохни, заночуй, утром поедешь прямо на юг — озеро будет; на берегу того озера растут три железных тополя. На среднем из тех тополей птица Хан-Хе- рети каждый год яйца кладет, а из озера пятнадцатиголовый про­ жорливый змей появляется и каждый год птенцов ее не оставляет, съедает, слышала я. Сейчас время класть яйца; если убьешь того змея, эта птица Хан-Херети сумеет, наверное, поднять тебя в Верх­ ний мир. Говорят, если та птица захочет, она, сынок, в силах взять и унести даже табун лошадей, — говорит. 46 Так вот дальше... Переночевав, отдохнув, утром собрался идти; теща дала лук с оперенными стрелами. Лук с оперенными стре­ лами повесил за спину, пошел. 47 Так вот дальше... Шел он, шел, к берегу озера подошел: на берегу озера растут три тополя. И было на среднем железном тополе большое, с подворье аала, гнездо. А вверх по этому тополю полз, извиваясь, пятнадцатиголовый прожорливый змей. Оттянул- растянул [тетиву], и когда сплетение пятнадцати голов прострелил, когда они вниз кувырком покатились, заходило тут озеро, заколе­ балась земля. 48 Так вот дальше... Рухнул [змей] в озеро — стало красным от крови озеро; потом влез [силач] на тополь железный: сидят три огролшых птенца. Сидевший в самом низу плакал, повыше — смеялся, а тот, что за ним, пел. — Почему один из вас плачет, другой смеется, третий поет? — спросил.