Тувинские народные сказки. - 1994. [Т. 8.]

составляет своеобразие и прелесть этих сказок, что и объясняет их популярность среди народа, и в особенности в детской аудитории. При­ мечательное свойство некоторых тувинских кумулятивных сказок сос­ тавляет их песенное исполнение. В.Я. Пропп отмечает, что и русская "Репка" "была записана как песня" [83, с. 244]. Втувинском фольклоре встречаются сказки-загадки (см тексты № 9 и 28), сказки-прибаутки (см текст № 27), сказки-пословицы (см текст № 23). Последняя, например, основана на разъяснении смысла и про­ исхождения пословицы "Льва убивают хитростью, зайца —капканом". Эта сказка, на наш взгляд, близка к сюжету притчи из "Панчатантры". Надо отметить, что все жанры и разновидности тувинской сказки в той или иной мере взаимодействуют между собой сложные сюжеты состоят из частей, которые можно отнести к разным жанрам (на­ пример, первая часть сказки "Чангыс-Карыш” — текст № 6 настоящего издания — обладает признаками волшебной сказки, а повествование о мести героя-пастуха своему хозяину сближает ее с так называемыми сказками о глупом черте). В сказки превратились многие мифы этиологического характера, легенды и предания; отрывки из эпоса оформились в самостоятельные сказочные сюжеты (например, сюжет о мудрой девушке входит и в эпос "Бокту-Кириш и Бора-Шээлей" и бытует как сказка (см. текст №9)). Широко распространены также короткие повествования о богатыре и его коне, жанр которых порой не всегда легко определить — эпос это или сказка. Поэтому более пятидесяти вариантов всего сказочного фон­ да ТНИИЯЛИ мы относим пока к текстам "переходного" характера, так как трудно определить их жанровую принадлежность. О жанровой синкретичности тувинской сказки говорит и то, что в ее художественную ткань органически вплетаются мифы и легенды, песни и благопожелания и т.п. Поэтому жанровые границы тувинской сказки достаточно условны и ее классификация (и типологизация) отстается еще проблематичной В сказках воплощаются такие идеалы, как миролюбие, побратимст­ во, сыновнее почитание, любовь к детям, чувство нераздельности с при­ родой, любовь к домашним животным, родному краю. Основной пафос тувинской сказки, как и сказок других народов мира, — победа добра над злом — часто выражается в счастливых концовках, в которых довольно явственно звучат социальные мотивы (”_ Оскюс-оол со своей золотой Д ангыной и бедными родителями за­ жили счастливо, сделав хана истопником ханшу — кухаркой остатки войска — подданными"; "тех, кто ел потроха, сажали на почетное место юрты" и тд.). Древние религиозные верования в тувинской сказке, пожалуй, запе­ чатлены в отражениях анимизма, тотемизма, магии, фетишизма, куль