Русские сказки Сибири и Дальнего Востока. Легендарные бытовые - 1993

— Ну что ж, — царь говорит, — ведь министр все-тки у меня не глуп ы й, а у него умная, — говорит, — голова. — Ну, умная?! Какая к черту умная у него, глупая, — говорит, — дурак! — Как так? — А вот, — говорит, — увидишь, как так. — А как? — А вот так. Я вам, — говорит, — докажу. — А чем докажешь? — А т ы меня, — говорит, — вот будут они проходить сюда к вам. Нам-то пройти-то нельзя, только что доложить вам надо, доложить вам, доложить, вы разрешите пройти такому министру, а вас беспокоить нельзя. Кто попало то полезет! — Ну, дак, конечно. — Изберите меня, чтоб ы не проходили так вот, — говорит, — зря сюда. И я вот буду пропущать . И в ы , — говорит, — посмотри т е на этоЛ дурака. — А как? — говорит. — А вот посмотрите, что за дурак! Я его, — говорит, — посажу на яйц ы на индюшьи, и он, — говорит, — будет в ы сиживать цыплят. — Вот это вот что? С ума что ли сошел он, совсем дурак?! — А вот посмотришь, дурак он или не дурак. — Ну, не знаю, — говорит. — Вот дозволь, — говорит, — мне в пропускной стоять? — Ладно! — Чтобы я вам докладывал? — Пожалуйста, — говорит, — доклад ы вай! Значит,^ он туда принес ящик, постелил туда соломы, мягко так все сделал, индюшьи яйца принёс. Положил их. Туда закрыл их все в ето кресло. Ну, кресло как кресло, сделал яйца там, замаскировал все. Ну, министр там приходит один, начал собираться доклад ы ва т ь. Как его. — Императорское величество готовы нас принять? — Счас доложу. Ну, побежал, доложил. — Пропускай! Приходит тот министр, значит, велит: — Как Петро? — А надо доложить! — Ну, доложь! — Не могу, братец мой! Он сидит в етом кресле на индюшьих яйцах. Балакирев сидит сам. — Не могу! Как не можешь? Я ведь пришел, т ы что?! Министру не подчиняешься? Нет, я, — говорит, — вам не подчиняюсь. Его императорскому величес­ тву Петру я подчиняюсь. — Ну, подчиняешься! Дак ты же на этом деле! — Мне, братец, нельзя уйти! — А почему? — А потому, что я вот, — говорит, — здесь сижу, на этом месте, сойти я не могу, отойти я, — говорит, — не могу. Он мне приказал, что сиди, вот. Ну, он говорит: