Русские сказки Сибири и Дальнего Востока. Волшебные и о животных - 1993

Охотничье зимовье в баргузинской тайге Фото СВ . Шитикова В охотничьем зимовье в долгие зимние вечера эстетическим запросам слушателей отвечала сказка, длинная, с запутанным фантастическим ходом событий. Чем сложнее, фантастичнее сюжет, тем интереснее сказка. Многие элементы замедляли действие, усложняли ход событий — это и трехкратное дословное повторение эпизодов, различных поэтических формул. Сказочники- промысловики, как правило, прекрасно владели художественными средствами классической волшебной сказки: использовали сказочные формулы, общие места, постоянные эпитеты, зачины, концовки. "Были таки сказки, что за три вечера только можно ему кончить, — вспоминает баргузинский сказочник В.Е. Мень­ шиков (1901 г. рожд.). — У меня тоже потом были волшебны, царски" [97, с. 77]. Не только доброхоты — вольные казаки или безземельные пахари шли в Сибирь, ее заселяли и каторжане, и разного рода бродяги. Тяжело приходилось бродягам в условиях сибирской тайги, и здесь некоторых из них спасало знание сказок. Благодаря своему таланту рассказчика, они находили приют и ночлег, а заодно и вносили свою лепту в развитие сказочной традиции. Среди бродяг были великолепные сказочники, о "бродяжьей стихии" как о сильной струе в си­ бирском сказкотворчестве писал М.К. Азадовский [2, с.VI —VII]. Общее количество известных нам по опубликованным и рукописным ис­ точникам текстов волшебных сказок Сибири составляет свыше 1200 текстов, эта цифра свидетельствует и о широком бытовании жанра, и о внимании к нему собирателей. Сюжетный состав волшебных сказок региона в основном совпадает с общерусским, но есть и различия.