Русская эпическая поэзия Сибири и Дальнего Востока - 1991

Тугарин Змеевич», «Данила Игнатьевич и его с ы н» и др. Это совпадение несомненно свидетельствует о том, что в числе первопоселенцев на этих реках б ы ли выходцы из восточной части Русского Севера, быть может, из одних и тех же или соседних мест. Эпический репертуар Анад ы ря отличается от колымского версиями всего в двух случаях. Иной версией, чем на Колыме, там представлена б ы лина «Илья Муромец на Соколе-корабле» (ср. № 46 и 45). На Анад ы ре бытовала наряду с кол ы мской еще одна версия б ы лин ы «Дюк Степанович» (ср. № 34 и 32, 33). Разн ы е версии одного произведения в этих случаях указывают на то, что они б ы ли занесены туда уроженцами разн ы х мест Русского Севера. Вместе с тем б ы тование разных версий служит верн ы м показателем того, что на Анад ы ре процесс унификации эпического репертуара полностью не завершился даже на этапе отмирания традиции. Вполне возможно, что б ы то­ вание разн ы х версий на Анадыре отражает и состояние эпической традиции на Колыме в то время, когда оттуда обруселые чуванцы стали возвращаться на Анад ы рь. Но факт б ы тования разн ы х версий на Анад ы ре может иметь и иное объяснение. Извес т но же, что в XIX в. в Маркове жило несколько семей русских в ы ходцев из Гижиги, небольшого порта на Охотском побережье, поэтому б ы тование на Анад ы ре версий, отличающихся от колымских, можно б ы ло бы объяснить и влиянием гижигинских в ы ходцев, если б ы существовали надлежащие факты, в частности родословн ы е и другие связи марковцев, контрольн ы е записи соответствующих текстов в самой Гижиге. РУССКАЯ ЭПИЧЕСКАЯ ТРАДИЦИЯ В ЗАБАЙКАЛЬЕ И ПРИАМУРЬЕ В Забайкалье русские стали утверждаться с 50-х гг. XVII в. Число служи­ лых людей, или казаков, здесь, как и в других районах Сибири, не прев ы шало нескольких сот человек. В их ряды постоянно приверстывались в ы ходц ы из разн ы х социальн ы х слоев и, очевидно, уроженцы разных мест. С начала XVIII в. наблюдается процесс растворения этих казаков и их потомков в расту­ щем городском населении Забайкалья. Они, конечно, обладали каким-то эпическим репертуаром. В их среде создавались даже собственные эпические поделки типа песни «Поход селенгинских казаков» (КД, № 35), в которой, наверное, отражено соб ы тие конца XVII в.47 Однако, за исключением этой песни, их репертуар остался неизвестн ы м. Он не оставил после себя никакого иного видимого следа, если судить по сделанным в Забайкалье записям эпических произведений. Крестьяне прочно осваивали Забайкалье с начала XVIII в. Долгое время они расселялись преимущественно в западной его части (н ы не Бурятская АССР), по восточному побережью Байкала, в бассейне Селенги и Баргузина. Сс ы лаясь на известного краеведа нерчинского купца М . А. Зензинова, П. А. Словцов подчеркивал, что еще в середине XVIII в. на Шилке, т. е. в вос­ 47 Левашов В. С Военно-исторические песни предков забайкальских казаков / / Учен. зап. Читинского пед. ин-та. — Чита, 1971. — Вып. 23: Вопросы рус. языка и лит. — С. 26—32.