Максимова Н. В. Чужая речь как коммуникативная стратегия - 2005

структуру, тем не менее естественным образом возникающие вопросы о возможности моделирования ТФ разрешаются при обнаружении такой модели. В то же время рассматриваемая КС характеризуется наиболее выраженными, по сравнению с другими КС, признаками становления в современном русском языке. Можно говорить о том, что КС-развитие - и как интенция, и как коммуникативная позиция, и как ТФ - в наименьшей степени освоена современными носителями языка, в наименьшей степени составляет предмет их компетенции, о чём свидетельствует также наименьшая частотность употребления соответствующих ТФ и осуществления КС-развитие. Поиск согласия, как коммуникативная интенция, в целом слабо обнаруживается в диалогических процессах современности, что отмечается в работах по риторике, психологических, педагогических и других исследованиях и что с очевидностью обнаруживается при обращении к процессам современной массовой коммуникации, особенно политологическим процессам. Однако дополнительным доказательством в пользу закреплённости модели ТФ-развитие в текстовой компетенции языковой личности служит воспроизводимость данной ТФ по отношению к одному и тому же типу референциальной ситуации. Следующие три примера обнаруживают один из наиболее регулярных типов модели ТФ, соотнесённой с единой референциальной ситуацией (и характеризующейся также единой «текстовой интонацией»). Пример-4. Честертон настаивает на том, что главное, чтобы человек, попросту сидящий в кресле, вдруг понял, что живёт, и стал счастлив» (1). «Всё прекрасно по сравнению с небытием», - уверяет Честертон (2). Это красивая мысль (3). Она меня прельщает (4). Но есть в ней что-то от викторианской холёности (5). Честертон умер в 1936 году (6). Он видел ещё не всё, но многое видел (7); у него брат погиб на войне четырнадцатого года (7а). И всё же девятнадцативечное (вероятно, иллюзорное) чувство безопасности ( 8 ). Они не понимали, что бывает существование - например, лагерное существование миллионов (9), - которое хуже небытия (9а), которое от перехода в небытие удерживает только тёмный, дремучий инстинкт жизни (96). # (Л.Я. Гинзбург. Человек за письменным столом. Записи)