Сибирский Колизей, 2007, № 5

Никогда не танцевал при полупустых залах Игорь Зеленский Завершающийся сезон стал для Игоря Зеленского первым в должности артистическо ­ го директора балета НГАТОиБ. Один из самых знаменитых танцовщиков мира рас ­ сказал «Сибирскому Колизею» о своих впечатлениях от новосибирской балетной труппы и о том, в каком направлении он поведет наш балет. Часто спрашивают, почему Игорь Зеленский, один из лучших танцовщиков мира, приехал в Новосибирск и чем он здесь занимается? Что бы вы ответили? Да я очень рад, что так получилось! Попробую объяснить. Мне тридцать семь лет. Конечно, я могу продолжать танцевать как и прежде. Но я понимаю, что мне скоро все равно надо будет уходить со сцены. Это не значит, что я уже плох как артист, речь идет о физическом состоянии, с возрастом организму человека все тяжелее выдерживать наши нагрузки. Футболист в 32 года уже ветеран, то же самое в теннисе. А балет в этом плане недалек от профессионального спорта. Понимаете, балет — самое тонкое искус­ ство, искусство пластики. И если дирижер, допустим, к 35 годам только начинает свой профессиональный взлет, то в балете в этом возрасте карьеру уже завершают. Балет, кроме того, искусство жестокое. И надо смотреть правде в глаза. Естественно, что я задумывался о своем будущем. И отлично понимал, что безболезнен ­ но перейти в другую сферу деятельности у меня вряд ли получится. Да, пока я танцую — меня знают и будут вспоминать еще несколько лет, когда я уйду со сцены. А потом? Никакой другой бизнес не принесет мне такого удовлетворения, которое я испытываю как артист. Самую большую эйфорию мне давал танец на сцене — больше я этого нигде и никогда не получу. Ни в каком деле, я это понимаю. Но я понимаю и то, что мое искус ­ ство лимитировано, в нем есть возрастной ценз. Поэтому не лучше ли вложить весь свой человеческий капитал в дело, которое я люблю, которое я знаю? Все свое мастер ­ ство, репутацию, талант, наконец. Свое имя, в конце концов, которое тоже чего-то, надеюсь, стоит. Но сегодня в мире нет свободных знаменитых театров. И поэтому лучше взять театр не самого первого ряда — и попробовать сделать из него балетную компанию высоко ­ го класса. Пусть даже для этого придется биться как рыба об лед. То, что я приехал, — это мой выбор, и я не собираюсь давать задний ход. У вас огромный опыт работы в разных балетных компаниях. Что бы вы хотели перенести сюда, какие принципы работы? Предложение от Бориса Мездрича стало для меня полной неожиданностью, как снег на голову, и в силу личных обстоятельств к полноценной работе я приступил всего месяц-полтора назад. Пока я присматриваюсь к происходящему. Сейчас у меня склады ­ вается свое видение ситуации, я стараюсь определить, какими возможностями на рас ­ полагаю. Так что стратегию пока выбираю. Но мне уже понятно, что есть много вещей, которые надо расставить по своим местам. Надеюсь, что смогу безболезненно вывести балет на ту дорогу, которая, как мне кажется, ведет в будущее. Любой руководитель выбирает для театра свою дорогу — уверен, время покажет, что моя дорога верна. При этом я не пытаюсь делать вид, что лучше всех знаю, как и что надо изменить. У меня в самом деле огромный опыт работы в различных, причем самых знаменитых компа ­ ниях. Но я, если можно так сказать, молодой руководитель, и мне предстоит еще много ­ му научиться. Разумеется, невозможно делать свое дело без ошибок, просто потому что карьера артиста — это совершенно другой бизнес, нежели работа руководителя. Сей ­ час я отвечаю за все и за всех. Мне нравится то, что уже получается. И столичные теа ­ тры уже принимают к сведению, что я — в Новосибирске. Вы можете уже сказать, в каком соотношении находятся плюсы и минусы нашего балета? Его сильные и слабые стороны? Невозможно точно сказать: вот это сильные, а вот это слабые стороны. Все вытекает из общего состояния, из инфра структуры, если хотите, самого Новосибирска. Вы же понимаете, что Новосибирск пока по многим показателям отстает и от мировых сто ­ лиц, и от российских. В полуторамиллионном городе и уровень жизни, и уровень куль ­ туры, и потребность в культуре не совсем такие, как в огромных мегаполисах. Лучшие балетные компании — в Нью-Йорке, Лондоне, Париже, Москве, Петербурге. В Новос ­ ибирске много чего должно произойти во всех сферах жизни, чтобы балет, уровень танца вышли на другой уровень. Разумеется, здесь много талантливых педагогов и артистов — но мы же не хотим оставаться на том уровне, что и сейчас, мы смотрим вперед, мы хотим двигаться дальше. Не то что нам надо тянуться за лучшими театрами — мы просто должны полноценно делать свое дело, с полной отдачей. Понятно, что у Мариинского театра, у Большого театра другие возможности — на их стороне финан ­ сы, традиции, репутация и многое другое. Естественно, что каждый закончивший школу артист старается попасть в эти театры, а потом самые талантливые и упорные ребята смотрят на Запад, стремясь работать там в знаменитых компаниях. Нам сегодня сложно пригласить в театр для постоянной работы хорошего солиста. Не каждый, в отличие от меня, рискнет приехать в Сибирь. Что касается приглашения солистов на какие-то отдельные спектакли, то с этим проблем нет, но я убежден, что это не выход. Конечно, такие приглашения помогают развиваться балету: спекта ­ кли смотрят школьники, смотрят зрители, — естественно, ведущих артистов Кировско ­ го или Большого театров лучше один раз увидеть вживую, чем сто раз о них услышать и прочитать, лучше, чем посмотреть на кассетах. Но это, повторяю, не выход. Как можно изменить ситуацию? Когда занимаешь такой пост, все вокруг хотят от тебя какого-то ощутимого результата сразу — но это невозможно. Мы шаг за шагом будем пытаться что-то сделать, используя те возможности, что у нас есть. В июне, я надеюсь, каждый спектакль проходил на дру ­ гом уровне. Буду стараться ставить правильные составы, буду по мере надобности при ­ глашать артистов из ведущих театров, чтобы спектакль не просто проходил — чтобы в нем была энергия. Сегодня сложно привлечь в зал людей, если не достигнут прилич ­ ный уровень танца, поскольку существование телевидения и Интернета дает зрителю возможность сравнения. И моя главная задача — этот уровень обеспечить. Самое ужас ­ ное — танцевать при полупустом зале. Я сам никогда не выступал при полупустых залах. Для того чтобы изменить ситуацию к лучшему, мне нужна команда. Понимаете, в такой должности переживаешь за все. Как артист я переживал только за то, как сам выгляжу на сцене, а теперь смотрю на балет совсем другими глазами и переживаю буквально за все — за свет, за декорации, за солистов, за все то, что и называется балетом. Безу ­ словно, один в поле не воин, мне нужны помощники, но я понимаю, что команда за один день не создается. Мне нужны люди с идеями. И как бы сложно ни было, я буду таких людей искать и привлекать. Сейчас я присматриваюсь к тому, что происходит в театре, кто чем занимается. Вообще, надо привозить лучших постановщиков, лучших художников, лучших хорео ­ графов. Меня спрашивают, буду ли я сам ставить. Если бы я хотел ставить, то ставил бы уже давно. Но на такой должности для меня важнее, чтобы в Новосибирском театре шли шедевры ведущих мировых балетмейстеров. Понимаете, балетные компании, которые были под руководством балетмейстеров, таких, как Баланчин или Бежар, это коллективы совсем другого рода. Трудно представить, что в России вдруг появится хореограф такого уровня и сразу начнет ставить. К сожалению, страна была закрыта, и ставить молодежи не давали. Вот поэтому в Мариинку приглашают хореографов со всего мира. Все начинает сдвигаться только сейчас. Я надеюсь, что в нашем театре будут ставить молодые хореографы. Как вы оцениваете настроение новосибирской балетной труппы? Все молодые ребята понимают, что надо работать и работать. А если мы будем работать как следует, то появятся и приглашения зарубежных театров, и заработок за рубежом — что тоже немаловажно. Немаловажно поехать и в столицы с хорошей программой. Но понимаете, наша цель прежде всего — эту программу сделать. Конечно, чтобы достичь вершин, надо вложить очень много труда. У меня завышенная планка, очень высокие требования. Я и сам немало танцевал в бале ­ тах выдающихся хореографов и видел спектакли титанов нашей профессии. Я очень серьезно и ответственно отношусь к профессии. По-другому просто не могу. Когда ты начинаешь развиваться в молодом возрасте — то все пропускаешь через себя. Я сов ­ сем молодым человеком попал в New 'fork City Ballet, и это многое определило в моей жизни. В свое время Нуреев сказал мне: «Что ты сидишь в Берлине, тебе надо ехать в Америку, Америка — центр танца». И я поехал. А когда приехал в Нью-Йорк, то не вполне понимал, что я там делаю. Я не понимал одноактные балеты Баланчина, мне казалось, что в них невозможно выразить себя как актера. Но тебе приходится учить репертуар, танцевать — и постепенно ты начинаешь их понимать. Если я расскажу, какая там политика — вы увидите, насколько она жестока. Утром ты репетируешь балет, который будешь танцевать вечером. Сразу после спектакля ты репетируешь балет зав ­ трашнего репертуара. Утром снова репетиция. И так изо дня в день. И я думаю, что только такая работа позволит нам добиться результата. Дело еще и вот в чем. Нам сейчас надо выходить на людей, на импресарио, которые могли бы заниматься нашим балетом. Рынок этот очень «тяжелый», и пробиться наверх нелегко. Я знаю многих из тех, кто занимался организацией выступлений таких кол ­ лективов, как Metropolitan, Royal Ballet, они делали и мои выступления. Но мне придется с ними разговаривать уже в другом качестве — не о проведении моих вечеров, а о выступлениях всего балета. Допустим, в Лондоне в декабре прошлого года мне было проще взять английских артистов, чтобы «разбавить» программу, но я добился того, чтобы ребята приехали из Новосибирска и выступили в Лондоне. Я хочу, чтобы в даль ­ нейшем пригласили просто балет Новосибирского театра. Но для этого, повторяю, нам надо сделать новые работы. Я надеюсь, что осенью мы покажем «Баядерку», сейчас все силы брошены на это. Надо, чтобы приехали достойные репетиторы, чтобы артисты были красиво одеты, чтобы было правильное исполнение. В принципе, я мог бы всю программу от сих до сих сде ­ лать сам, но я считаю это неправильным, я не должен отвечать абсолютно за все. Я счи ­ таю нужным пригласить людей, которые понимают в кордебалетном репертуаре и актерских партиях больше, чем я. Понимаете, я занимался своим делом — танцевал и детально все равно не знаю кое-чего — допустим, того, что касается женских партий. Что касается костюмов — приедет знаменитый историк моды и модельер Александр Васильев, он изъявил желание участвовать в этом проекте. Сценографию будет созда ­ вать молодой талантливый художник Давид Монавардишвили. В новом сезоне кроме «Баядерки» будет и еще один большой балет — сейчас мы решаем, какой именно. Мне кажется, неплохо было бы проводить региональный балетный фестиваль на базе няше- го театра. Я думаю, городу это необходимо. Городу нужен балет высокого уровня. И я — вместе с артистами и педагогами — постараюсь, чтобы новосибирский балет на этот уровень вышел. Беседовал Сергей Самойленко