Сибирский Колизей, 2000, № 1

“ Первое впечатление от музыки “ Молодого Давида ” — ее простота и проясненность. Музыкальный материал разворачивается из одного звука, из первоосновы. Все это очень естественно согласуется с избранным сюжетом, в котором библейская древность сочетается с молодостью — молодостью человечества, молодостью героя. <...> С премьерой “ Молодого Давида ” связано и рождение нового оперного режиссера. Руководство театра рискнуло не только обратиться к новой партитуре, но и пригласить на постановку дебютанта. Двадцативосьмилетний москвич Дмитрий Черняков успел поставить целый ряд драматических спектаклей в Литве и во многих российских городах. <...> Очевидно почувствовав, что камерный по существу характер оперы Кобекина и огромный зал Новосибирского театра плохо сочетаются, режиссер решил: спектакль надо максимально приблизить к зрителю, не жертвуя при этом масштабами сцены. Иными словами, публику надо поместить на сцене. Прием, весьма нынче распрост ­ раненный, оказался в данном случае не просто уместным, но и абсолютно безо ­ шибочным решением. Кстати, найденный режиссером вместе со сценографом Игорем Гриневичем эффект вовлечения в сце ­ ническое действо в качестве некоего “ иного пространства ” большого зрительного зала поразительно напоминает то, что мы видели в одной из лучших петербургских драма ­ тических постановок нынешнего сезона “ Р.8. капельмейстера Иоганна Крейслера и его возлюбленной Юлии ” режиссера Григория Козлова и сценографа Александра Орлова в Александринке. При этом заимствование исключается: спектакли появились на свет практически однов ­ ременно. Поистине, идеи носятся в воздухе. С точки зрения профессионализма работу новосибирцев по освоению достаточно непростого для исполнения музыкального материала можно назвать безупречной В стенах театра, поставившего за свою чуть более полувековую историю не один десяток оперных сочинений и только что пока ­ завшего мировую премьеру “ Молодого Давида ” — произведения, по своим художественным качествам способного конкурировать с любой западной продук ­ цией, - такой разговор <который состоялся в Новосибирске в рамках международного семинара “ Опера на пороге XXI века ” и где был представлен “ Молодой Давид ” - ред.> обретал должную предметность и достойный контекст. ” (Дмитрий Морозов. На пороге XXI века/ Мариинский театр, № 3-4, 1999, с. 14)