Советская Сибирь, 2018, № 17

Я вырос в Алма-Ате. Школу отлично окончил — до медали полбалла не хватило. В Питере поступил в училище противовоз- душной обороны. В то время пошла электроника. Что это такое, я особо не представлял. В военкомате спросил, какое учи- лище поинтереснее, посовремен- нее, — посоветовали это. Потом оказалось, что выпускники попа- дают в такие дыры... Посреди гор или пустыни. Ни воды, ни еды, ни населенных пунктов, ни телевиде- ния, ни газет. Помотался по всей стране, лет двадцать у меня вода привозная была. Когда сюда при- ехал, впервые дома из крана вода текла — холодная. Это было забавно: ни фига себе — вода! Сколопендры, скорпионы, каракурты, тарантулы, фаланги, кобры, гюрзы — У МЕНЯ ДОМА ЦЕЛАЯ КОЛЛЕК- ЦИЯ. Скучно же в Каракумах, надо было чем-то развлекаться. Был тотализатор: чей зверь выиграет, тому пиво. Допустим, поймаю большую фалангу, а мой сосед большого скорпиона. Или я пой- маю кобру, а он соседского кота. Проигравший садится в машину, 300 километров едет до Красно- водска, потом на паром, переплы- вает Каспий, прибывает в Баку, там покупает пиво. Пиво всегда вскипало на обратном пути. Пить его можно было только сильно замороженным, из морозилки, тогда кислятина не чувствовалась. Змеи были обыденным явлением. Фельдшер всегда дер- жал при себе антигюрзин, антико- брин и сыворотку против укуса каракурта. Однажды я поймал за хвост огромную гюрзу, которая в нору наполовину заползла, решил с соседской кошкой стравить. Вытащить не мог — очень силь- ная. Тут меня вызвали на КПП. Я парня-молдованина, силача неи- моверного, попросил подержать. Через минуту он заходит: губы синие, руки трясутся, потный. «Укусила?!» — «Товарищ капитан, не ругайте, я ее… порвал». Парень был двухметровый, а начальства почему-то боялся больше змей. Тратить деньги в армии было негде. К отпуску накапли- валось тысячи три, и тогда я «отрывался». Путевку брал на море, мотался в разные города, страну смотрел. До 25 лет серьез- ных отношений с девушками не было. Понимал: кто со мной в пустыню поедет? Одна нашлась, очень захотела в пустыню. До сих пор вместе со мной. РОМАНТИЧНЫХ ПОСТУПКОВ Я ДЕЛАЛ КУЧУ, КАЖДЫЙ ДЕНЬ ПОЧТИ. В окно залезал и из окна прыгал. Любовь — это когда хочет- ся не то чтобы близости, а когда человек становится своим. Без него не понимаешь своей жиз- ни. Когда тяжело без человека. После развала Советского Союза наша база еще два года была под российским флагом в Туркмении. Интересно он смо- трелся посреди пустыни. Нам сообщили: с такого-то числа пере- ходим с советского на российский флаг. Расположения полос точно никто не знал. Начали шить. Синюю полосу сделали из ткани для трусов, белую — из простыни, красную тоже нашли. Соседку попросил прострочить — у нее была швейная машинка. Торже- ственно спустили красный флаг под советский гимн, торжествен- но подняли российский флаг под «Славься». Через две недели поня- ли, что служим под голландским флагом — белую полосу располо- жили посередине. Соседка с машинкой уехала к тому времени. Пришлось вручную самому пере- шивать. Кстати, тот советский флаг дома у меня хранится. На ветру потрепанный немножко. Человек, который по краю смерти СВОЕЙ ПРОШЕЛ, НЕ МЕНЯЕТСЯ . Знаете, когда он меняется? Не когда смерть уви- дел, не когда вытаскивал того, кого разорвало. Мозги меняются, когда мамке сына привезешь, ей в глаза посмотришь глубоко-глубо- ко. У меня это произошло, когда я своего первого солдатика отвез. Он умер в госпитале — ангину перепутали с дифтерией. Тогда я осознал, что такое смерть. Что это трагедия, это страшно, это непо- правимо. Больше стал ценить жизнь — как свою, так и чужую. Трагедия в Кемерове — НЕ ДУМАЮ, ЧТО ПОСЛЕДНЯЯ . После армии долго занимался вопросами ГОиЧС, разрабатывал документацию, планы действий, в том числе для десятка торговых центров. Люди, которые там сидят, им до лампочки безопас- ность. Практически всегда гово- рили: «По-быстрому сделай, что- бы бумажки подписали». Я на это не шел. Но бумаги, которые раз- рабатываются, сразу после согла- сования ложатся в стол. Ни уче- ний, ни тренировок. В некото- рых торговых центрах, знаю, так не делают, но в большинстве интерес один — деньги. У нас реально дикий капитализм. Заработать — да, о людях поду- мать — что смеяться? Люди — источник дохода. Хозяева пони- мают только язык денег, тюрьмы никто не боится. Надо лупить их деньгами, лишать этого боже- ства, для них это страшно. Тогда, может быть, получится перело- мить ситуацию. Я никогда не буду смотреть в чужой телефон, не буду читать чужие письма. Даже если есть возможность. Не знаю, как люди это делают. Противно. НИКОГДА В ДОМЕ МАТОМ НЕ РУГАЮСЬ—ДЕДНАУЧИЛ. Моло- дым был, на улице нехорошие сло- ва услышал. Думал показать, что я взрослый. Дед, семиреченский казак, костыля вдоль спины как протянул... Взял за шкварник, засунул голову в унитаз, спустил воду и медленно так говорит: «В этом месте материться разре- шаю. В остальных нет». Легкое хобби — нумизмати- ка. С таким же успехом и бабочек коллекционировал. Пацаном еще, лейтенантом, в роту пришел, в высокогорье. Мне дали домик, где до меня ротный жил. Как выпьет, со скуки из пистолета по мухам бил. Весь потолок в дырках. Была весна, куст барбариса весь усыпан бабочками. Насобирал и дырки от пуль украсил. И ремонта не надо. Там тогда «коммунизм» был, дверь не закрывали: надо тушенку—иди возьми. Увидели, решили, что новенький бабочек коллекциони- рует. И началось: жены офицеров за бабочками бегали, дети, солда- ты—все охотились за бабочками и приносили мне. Потолок, стены — все в бабочках. Потом начали спра- шивать, как те называются. Ну, я книжек накупил, стал в насекомых немного разбираться. У меня из того времени осталось несколько очень редких экземпляров. Моя сноха —из староверов. К ее родителям в другой город мотался сватать сына — не отда- вали, пока родители не приедут. Предлагал по скайпу — не согла- сились. Мечта моя, может быть, частично несбыточная. Рыбу хочу большую поймать. Килограммов на десять. А в остальном… Каждый сам себе дорогу в жизни делает. Всегда можно что-то изменить, если не лежать на диване. Судьба только в одном месте срабатывает: однаж- ды жизнь кончается... Записала Анжелина ДЕРЯБИНА, deryabina@sovsibir.ru Руководитель-директор — Наталья Владимировна ШРЕЙТЕР И. о. главного редактора — Юлия Викторовна НАЗАРЕНКО http://www.sovsibir.ru e-mail: sovsibir@sovsibir.ru УЧРЕДИТЕЛИ: Законодательное собрание Новосибирской области, Правительство Новосибирской области,Государственное автономное учреждение Новосибирской области «Издательский дом «Советская Сибирь». Издатель: ГАУ НСО «Издательский дом «Советская Сибирь». АДРЕСРЕДАКЦИИ ИИЗДАТЕЛЯ: 630048, г. Новосибирск, ул. Римского-Корсакова, 22. Газета зарегистрирована в Управлении Федеральной службы по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций по Новосибирской области. ПИ№ТУ 54-00462 от 14 марта 2012 года ТЕЛЕФОНЫДЛЯСПРАВОК: единый— (383) 200-34-10 отдел рекламы— (383) 200-34-10 (добавочный 314), e-mail: reklama@sovsibir.ru коммерческий директор— (383) 314-14-01 отдел распространения— (383) 314-12-11 АДРЕС ТИПОГРАФИИ: 630048, г. Новосибирск, ул. Немировича-Данченко, 104. Время подписания в печать— 18:00, фактически—18:00. Тираж 12 500. В розницу цена свободная. Подписные индексы: П5171, П5172, П5173. При использовании материалов ссылка на «СоветскуюСибирь» обязательна. За содержание рекламных объявлений ответственность несут рекламодатели. Отпечатано в типографии ОАО «Cоветская Сибирь». Офсетная печать. Объем 7 п. л. 16+ возрастной рейтинг 28 № 17 25 апреля 2018 г. «Я не читаю чужие письма» Александр КОНОВАЛЕНКО, майор в запасе, преподаватель учебного центра противопожарной службы, победитель регионального этапа Всероссийского фестиваля МЧС РФ по тематике безопасности и спасения «Созвездие мужества», 55 лет, Новосибирск Фото Аркадия УВАРОВА реклама «Советская Сибирь» продолжает проект «Проза жизни». Героями публикаций становятся обычные люди, которые живут с нами рядом. Знакомьтесь... реклама

RkJQdWJsaXNoZXIy MTY3OTQ2