Сибирские огни, № 4, 2014

Сергей ЮХИН МЕ Р ТВЫЙ КРЫМ По в е с т ь * То, что вы читаете эту книгу, дает основание сделать несколько выводов. Во-первых, вам удалось выжить в Катастрофе, и, вероятно, не только вам. Во-вторых, вы — не зомби. Ведь всем известно, что зомби читать не умеют. Ну и самое главное для меня — я тоже не зомби. Ведь зомби не умеют и писать. Автор ...Насучили, что жизнь — это бой, Но по новым данным разведки Мы воевали сами с собой. Б. Г. Первая атака Взлетное поле старого аэродрома плавилось под лучами июльского крым­ ского солнца. Симферополь был не виден за шеренгой пыльных тополей, но он там был, точно был — вечно заштатная столица автономии, не такой опрят­ ный, как Севастополь, не такой самонадеянный; теперь не догнать уже Сева­ стополь, теперь уже нет смысла в этом обычном человеческом чувстве — же­ лании быть первым, теп ер ь ... Теперь вся жизнь сконцентрировалась здесь. Люди, ящики, палатки, вер­ толеты. .. Длинные зеленые ящики — оружие; картонные ящики — продукты; суровые люди — военные; растерянные — готовятся к эвакуации, граждан­ ские; большая палатка — штаб; большая палатка с красным крестом — поле­ вой госпиталь; еще одна большая палатка с иконой Спасителя на входе — цер­ ковь; и еще много-много маленьких палаток непонятного мне назначения. В лагере царил определенный нервный порядок, но я еще не понял этого поряд­ ка, я только пришел. Я долго добирался, ждал момента, когда окажусь среди своих, надеялся, боялся, ждал, терпел — и . .. ничего не почувствовал. Послед­ ние несколько суток я думал об Оплоте, я думал о Ленке, думал об эвакуации, я думал только об этом, поэтому не сошел с ума. Может быть, и сошел, про­ бираясь сквозь мертвый город, питаясь в разоренных магазинах чем попало и стреляя из карабина во все, что приближается. Теперь я здесь, я жив, стою на заросшей жесткой травой взлетной полосе аэродрома и ощущаю усталость и безразличие. «Ты даже сейчас не можешь сказать что-то неж ное ...» Когда ж это бы ло . .. «Ты даже сейчас не можешь ска зать ...» Мне казалось, это было дней десять назад. Ленка уходила, а я молчал. Она стояла в коридоре моей квар­ тиры, стояла уже несколько минут, прощалась , говорила долго, ожидая от *Журнальный вариант.