Сибирские огни, № 4, 2014

да взял в руки хомут, у него вновь мелькнула мысль: «Я забыл, как надевать хомут». Его руки заученным в детстве движением развернули хомут, надели через голову коня и развернули на шее. Его разум сомневался, но руки все делали четко и правильно. За его действиями внимательно наблюдали лесник и двое его ребятишек. Когда конь был запряжен, лесник услужливо распахнул ворота, и телега покатила по деревенской улице, подпрыгивая и тарахтя на кочках. Закрывая ворота, лесник произнес: «Хотел бы я посмотреть, как будет пахать писатель». Его ребята выскочили через калитку и побежали к своим друзьям — сообщить новость. Приехав домой, Петр Павлович уверенно распряг коня, снял с телеги плуг и подготовился к вспашке огорода. К нему подошла жена и спросила: , , — Петя, ты сам будешь пахать огород? — А почему нет, разве я мало в детстве перепахал земли? Она стала наблюдать за мужем. Он уверенно прошел первую борозду по­ середине огорода и стал вокруг нее пахать кругами. Конь оказался послуш ­ ным и привычным к такой работе. За работой наблюдали через низкий забор ребятишки и взрослые сельчане. Мои воспоминания прервал голос Ольги Григорьевны: — Альберт Сергеевич, ужин готов, уха сварилась. Стол, как всегда у Дедовых, ломился от яств. От ухи невозможно было оторваться. Сваренная «по-рыбацки» из судака и окуней с чешуей, сдобренная луком и укропом , она издавала аромат, который возбуждал аппетит. После сытного ужина мы отправились прогуляться по берегу Обского моря и полюбоваться закатом. С высокого берега за голубым простором воды открывалась панорама противоположного берега. Против нас черной поло­ сой тянулся хвойный лес, правее светлыми пятнами стояли домики Нефтеба­ зы и поселка Красный Яр. Солнце садилось за редкие облака, просвечиваясь матовым пятном и заливая золотом небосвод. Мы спустились по лестнице к мосткам и уселись на лавочку. Море накатывало на галечную отмель неболь­ шие волны , которые, отступая, шуршали гальками, убаюкивали, успокаивали и создавали душевное умиротворение. Из загипнотизированного состояния меня вывел голос Ольги Григорьевны: — Мы часто приходим сюда и на этой лавочке читаем книги. — А я чуть не уснул под ш елест морского прибоя. — Слишком громко сказано: «шелест морского прибоя», — сказал Петр Павлович , — пойдемте домой, слишком много впечатлений за один день. Спать мы улеглись рано: около десяти часов вечера. У Дедовых очень удобная планировка первого этажа дачи. По одну сторону коридора распо­ ложены две комнаты, служащие хозяевам кабинетом и спальней. По другую сторону большая комната — зал, в котором устроили меня. Я мгновенно про­ валился в сон, как только голова коснулась подушки. Утром , как всегда, проснулся рано. Мне не хотелось будить хозяев, я продолжал лежать в постели и рассматривать стены комнаты. На стенах висело несколько афиш с портретами их сына Сергея Лю бавина — это его псевдоним . Мне посчастливилось слушать его концерт в Доме культуры же­ лезнодорожников . Он обладает уникальным мелодичным голосом , который, видимо , достал ся ему по наследству. Его мать, Ольга Григорьевна, прекрас­ но поет. Мое внимание привлекла стена комнаты, на которой были прибиты рога молодых лосей и множество веток, напоминающих ящерицу, змею, крокоди­ ла, ворона, дракона и других зверей. В коридоре послышались шаги, и я, одевшись, вышел во двор. Оказалось, что хозяйка уже давно проснулась и успела купить молоко, творог и сметану. Эти продукты им привозят в определенные дни недели. АЛЬБЕРТ КАЙКОВ. ПОСЛЕДНЯЯ ВСТРЕЧА