Сибирские огни, 2013, № 7

* * * Кто тебе в спину смотрит с утра, словно в спине дыра: вырвано сердце, дальше никак— в теле твоём сквозняк. Дождь косоглазый воду несёт, скоро ведро нальёт. Нет, не ведро — это бадья, лёд пообгрыз края. Как же я жив — мёртвый стою, — дождик глазами пью... Дождик в окошко, стынь-бирюза, скашивает глаза... * * * Бог переводит время с дождя на снег, не выходя у спящего из-под век — красных, солёных, в трепетных бугорках, — словно глазное яблоко держат в руках и вращают его, раскручивают — они — силы иные, влекущие ночи и дни в разные стороны — до разрыва плевы нежной Вселенной — до снежной её синевы, до взрыва сердечного, — крепко к груди прижимаешь ладонь, чтобы поймать, удержать, не упустить огонь. * * * Ночью выбрать непогоду. Вниз лицом на глину лечь. Осень вытянула воду в немоту, в прямую речь. Влагой, глиной, человеком долюблю и д ом о л ч у . Станет время первым снегом — и погладит по плечу. * * * Мне только свет и нужен и небо на лице. На крыше снег надкушен, как яблоко в руце. И вызрели на стуже большие снегири — как яблоко снаружи, как яблоко внутри. 39 ЮРИЙ КАЗАРИН ЛЕДЯНАЯ ПРОСТУДА