Сибирские огни, 2013, № 7

166 ным образом из Рура и Верхней Саксонии, им поставляли агенты Коммунистичес­ кой партии Германии (КПГ). На биржах труда и на собраниях они вручали потеряв­ шим работу вербовочные листы, с которыми те направлялись в Торговое представи­ тельство СССР. Претендентам обещали достойные условия труда и быта. Гарантиро­ вался привычный для Германии прожиточный минимум при питании в заводских столовых7. В Берлине некоторые рабочие ставили свою подпись под так называемым «кол­ лективным договором», который был составлен на русском языке. Этот договор гарантировал бесплатный проезд от советской границы до места работы, равные с русскими условия труда, минимальный заработок за смену в 5,75 руб. Дорога до границы, провоз багажа, а также оформление паспорта, визы оплачивались из соб­ ственных средств. Однако с большинством выезжающих подобные договоры не заключались. По сообщениям Гросскопфа, «наплыв немецких рабочих-добровольцев был так огро­ мен, что многие соглашались на выезд вообще без какого-либо договора и готовы были самостоятельно оплачивать путевые расходы на себя и свою семью до Сиби­ ри! Чтобы достать деньги на дорогу, многие шли на срочную распродажу — по бросовым ценам — своей мебели и всего имущества». «Такие взгляды, — писал секретарь германского консульства в Новосибирске Кёнитцер [1], — становившиеся у ожесточавшихся из-за длительной безработицы и других причин рабочих-горняков все более некритичными, вынуждали их, исполь­ зуя любые средства передвижения, кто на поезде, кто пешком или на велосипеде, спешить в Берлин в Советское торгпредство, боясь опоздать, чтобы предложить свои услуги. Только самые умные следовали совету не брать с собой сразу свои семьи. Почти никто не обращался за консультацией в Эмиграционное бюро. Дотаций от благотворительных учреждений удостаивались лишь некоторые, самые удачливые из них». Причиной таких неразумных действий, считали в консульстве, были не только щедрые обещания, но и долголетняя коммунистическая пропаганда в Германии, рисо­ вавшая «социалистический рай на российской земле». Агитации поддавались даже многие из тех, кому не грозило увольнение и кто был достаточно хорошо обеспечен8. В договоре специалиста с пригласившей его организацией прописывались мно­ гие нюансы: минимум заработной платы, жилье, оплата расходов по квартире (осве­ щение, отопление, амортизация мебели), продолжительность отпуска и проч. Зарп­ лата должна была составлять как минимум 300—450 руб. в месяц (около 900 рейхс­ марок при официальном курсе рубля в 2,16 марки). Германское посольство уже с конца 1929 г. било тревогу по поводу того, что наниматели вводят немецких специа­ листов в заблуждение о покупательной силе рубля и условиях жизни в Советском Союзе, в частности, о такой же доступности всех необходимых товаров, как в Герма­ нии, и их стоимости — не дороже немецких. На деле стоимость жизни в СССР была гораздо выше9. Была обещана выплата 1/3 заработной платы в валюте (до 1931 г. специалисты, как правило, получали в валюте все жалованье). Часть заработка в валюте могла быть переведена в заграничные банки10. В случае досрочного растор­ жения договора работодателем гарантировалось право на выходное пособие в раз­ мере месячного оклада и оплата проезда вместе с семьей к месту прежнего житель­ ства. При заключении договора предпочтение отдавалось, конечно, холостым муж­ чинам (или, в крайнем случае, имевшим не более двух детей) и членам КПГ11. Поставкой специалистов и рабочих в СССР ведала также германская фирма «Гемайншафтсгруппе», имевшая в Харькове своего представителя (Коха), а в Ново­ сибирске — его помощника (Ренкерта)12. В 1930— 1932 гг благодаря ее деятельности десятки тысяч немецких рабочих и специалистов выехали в СССР: на Урал, в Каре­ лию, на Украину, в Западную Сибирь. В Новосибирске действовали многочислен­ ные представительства («Энергостроя», «Кузнецкстроя», «Кузбассугля», «Восток- кокса», «Востокстали», «Авторемснаба», «Сибкомбайна», завода горного оборудо­ вания и других организаций), приглашавшие иностранцев. С конца 1931 г. по распо­ ряжению председателя КИКа (краевого исполнительного комитета) Н. П. Грядинско- 7 Bericht von Konitzer aus Nowosibirsk an die Deutsche Botschaft Moskau, den 23. Oktober 1932. // PA AA. Bd. 436. 8 Brief von Grosskopf an Dirksen. 24. November 1932 // PA AA. Bd. 82. 9 C m .: D.B.M. an A.A. 1. November 1929 // PA AA. Bd. 436. 10 C m .: Vertrag mit dem Baukomitees vom Obersten Volkswirtschaftsrat als beratender Ingenieur Dr. Alfred Scheiding , den 22. August 1929 // PA AA. Bd. 436. 1 Brief von Grosskopf an Dirksen. 24. November 1932 // PA AA. Bd. 82. 12 Дело немецкого инженера Лангена, август 1931 г. C m .: ГАНО. Ф. П-7. Оп. 1. Д. 116. Л. 2.