Сибирские огни, 2013, № 7

АЛЕСЬ ПАШКЕВИЧ СИМ ПОБЕДИШИ ным вопросам Заяц, президент прикусил нижнюю губу и сказал раздраженно: — Сообщи, пусть лучше завтра... Перескажи о моей встрече на остановке. Пусть там телевидение подключится, адекватно о забастовке расскажет. — Помощник мот­ нул головой и вознамерился уже идти, но президент ткнул в него пальцем и приоста­ новил: — Я еще в машине хотел сказать... Там, в университете, девка одна мне запис­ ки с вопросами передавала. Длинноногая такая, брюнетка... — Его глаза враз по­ крупнели, а в зрачках появились огоньки. — Разведай, словом, кто и откуда... Ну и сам понимаешь, что... IV. Лето-осень 1552 года. Невиданный доселе человеческий паводок сливался к берегам Москвы. Мень­ шие ручьи окраинных воеводств текли к Волге и растягивались в разномастные зап­ руды на десятки верст: всадники с саблями и луками, стрельцы с мушкетами и топо­ рами, канониры с обозами пушек и пороха, зачинщики и гранатчики, деревянные гуляй-города, отряды пищальщиков в высоких шлемах-шишаках, пехота с пиками, мечами и щитами, рать-посошники, призванные в набор изо всех городов и весей, обозники и священники. Кто берегами или дорогами, когда те были, кто по воде, на лодках и плотах — все шевелилось, ухало, топало, скрипело, дребезжало, плюхало и приливало к высоким стенам Казани, дабы в едином наплыве смыть мусульманское иноверие и затушить на московской земле татарские пожары. Это был уже третий за четыре года поход. Два предыдущих не достигли цели: выступали осенью, зима охлаждала воинственный пыл, пушки и люди утопали в воде и снегу. Кусая на теплых полатях от бессилия губы, царь давал приказ на отступление. Единственное завоевание — постройка городка-тверди Свияжска при слиянии Вол­ ги и Свияги недалеко от Казани. Но он стал бельмом на татарских глазах и мог в любое время быть уничтоженным. Весной в Москве собрали большую боярскую раду, и она предложила отказать­ ся от войны, совершить торжественный перенос святых мощей с Благовещенского собора в Успенский и послать в Свияжск освещенной над ними воды. Царь же при­ слушался к словам своих самых близких людей — Андрея Адашева и князя Ивана Курбского. Решается будущее всего Московского государства, убеждали те. Либо мы победим сейчас, либо никогда. А Эдигер-Магомет, если его не остановить, объе­ динится с крымчаками — и будет угрожать новым игом. А посему — надобно спешить, царь, и самому тебе поход возглавить... 16 июня 1552 года Иван IV передал власть в Москве в руки беременной царицы Анастасии и выступил на Казань. Шесть полков: Передовой — под предводитель­ ством Адашева, Большой — Курбского, Правой и Левой руки, Сторожевой и Царс­ кий — должны были в конце августа встретиться у Свияжска. Дорога выдалась тяжелой и жаркой. Она затянулась до осени, и только 11 сен­ тября московские полки начали обступать казанские стены, надежно защищенные с трех сторон реками Булак и Казанка, а с Арского поля — глубочайшим рвом. И двойными дубовыми стенами в семь саженей толщины, засыпанными изнутри песком и каменьями. Передовой московский отряд был начисто разбит еще на подступах к городу, а затем взлютовалась буря, разбросав шатры царского лагеря, разбив и потопив на Волге много лодок с провизией. Дождь лил непрестанно несколько дней, и канониры начали бояться за порох. А царь неутомимо молился, приказав обнести полки чу­ дотворными иконами. И дождь утих. Снова выглянуло солнце, и это придало московцам решительнос­ ти. Зашевелился человеческий муравейник, заухали топоры, на поле поднялись гу­ ляй-города— деревянные туры с высокими плотами. На рвы и реки легли мосты, а в реки да рвы — пронзенные стрелами тела.