Сибирские огни № 010 - 1990

Она помялась. Но все равно я не согласна быть слугой. Пусть тогда женится на ровне. Что же унизительного в служении высшему? Какое служение, что за слово! — возмутилась. „ ^ х ^а’ извини>я забыл заменить устрашающее слово благо­ пристойным! Итак, ты считаешь справедливым, чтобы человек, пре­ восходящий тебя по своим качествам и, главное, возможностям, в одинаковой мере с тобой предавался бытовым заботам? — А пусть тогда не женится, если превосходящий! — А ты сама откажись от него. Отпусти на волю. Разве ты не видишь, что он в рабской зависимости у твоей юности и красоты, он продал себя в это рабство, он ничего не может с собой поделать, но цена неадекватна, тем более что юность и красота проходят. — А я его не зову и не держу! — Прогони, — хладнокровно настаивает Феликс. — Зачем обижать человека? Я же и буду плоха. — Тогда тебе остается только добровольно погибнуть. Олеська как учуяла, что я тут ею занят, позвонила мне: — Слав? Почему ты не звонишь? — Не успел. — А собирался? — Конечно. — Соврал. — Ну? — говорит она. — Слав? Скажи мне что-нибудь. — Готовься к экзаменам, Олеська. Она разочарована. Она прощается. Она старается не показать оби­ ды. Почему любовь — это всегда «ну, Слав? Скажи мне что-нибудь!» Привычка детства: тебя любят. Вырос — как осиротел. Холодно. И ищешь, кто бы согрел. И слова «я люблю тебя» всегда означают моль­ бу: ну люби же меня, ну скажи мне что-нибудь. Но никогда уже че­ ловеку не получить того, что давала ему мать. Никогда не будет у него больше «я люблю тебя — на!», всегда будет только «я люблю тебя — дай!», «я люблю тебя — скажи мне что-нибудь!». И это мне надо? И я строчу дальше свой магнетический, магический текст, кото­ рый обречен сбыться по древнейшему закону «вначале было слово». Я мог сделать с миром все, что хотел. Вполне материальная вещь, через ноосферу. Колеблется такое облако сверхсуществования, наподобие мыслящего океана Соляриса, океан этот соткан из суммы духа, выработанного всей человеческой материей. Малейшая флук­ туация этого океана порождает из себя материю, как мыслящий океан Лема создавал материальные объекты из мыслей своих гостей. Я вы­ мышляю — ноосфера продуцирует. Как устроил гибель «Титаника» некий писатель, все предсказавший. Ибо сказавший есть уже и пред­ сказавший. Я не знаю пока, выйдут ли из моих игр материальные последст­ вия. Я лишь предполагаю. Я ставлю эксперимент. И даже меньше то­ го: я всего лишь пишу курсовую работу по своей специальности. Я должен представить психологически убедительную картину преступ­ ления. Вот Феликс и Офелия в моем саду, они стоят у растения по име­ ни болиголов. _ Офелия! — торжественно возвещает Феликс. — Есть люди, живущие по иным законам, чем вы. Ты выставляешь против нас свой обывательский ужас: «Я этого не понимаю!», и этим непонима­ нием ты гордишься, как своим превосходством над нами. Да, у нас превыше всего другое, чем у вас. Ну так ты попытайся хоть догадать