Сибирские огни, 1988, № 6

р а я в Сибири «ежели и была к ак ая , то уж е давно замерзла» . Когда Антон П а в ­ лович в Красном Яре ж д ал лодку чтобы переправиться в Дубровино (места эти хо ­ рошо видны через иллюминатор из « Р а к е ­ т ы »— уныния они вовсе не навевают) все тот ж е Петр Петрович прямо с какой -то смертельной тревогой говорил писателю- «А вот скоро, пишут в газетах , к нам ж е ­ лезную дорогу проведут. Скажите госпо­ дин. к ак ж е это так? Машина паром дей­ ствует — это я хорошо понимаю. Ну, а если, положим , ей надо через деревню про­ ходить , ведь она избы сломает и людей подавит!» С юмором вспоминает о встре­ чах с сибиряками на берегах Оби гениаль­ ный писатель. И нж енер и писатель Николай Георгиевич Г арин-Михайловский называл чеховский юмор «лирическим». Но Сибирь, видимо, на лирику не настраивала . А ж елезная доро га и впрямь вскорости (менее чем через десятилетие!) пересечет Обь, но не­ сколько выше Колывани и Красного Яра — пройдет через поселки Гусевка и Кривоще- ково. Сейчас на месте бывших Гусевки и К ривощ екова вырос огромный город Ново­ сибирск. Практически на пустынном месте! Бы л к ак раз реализован вариант проложе- ния железной дороги, предложенный инже- нером -изыскателем , писателем, другом Ан­ тона П авловича Чехова — Гариным-Ми­ хайловским . Он тож е приезж ал и в Колы- вань , и в Крзсный Яр, и в Дубровино , но интересных воспоминаний об этих местах не оставил . Ему там приходилось ругаться с колыванскими и томскими купцами, кото ­ рые из кож и лезли , чтобы дорога ж ел е з ­ ная прошла через Колывань, через Томск. Но Гарин-Михайловский видел другое н а ­ правление ж елезнодорожного пути и сумел о тстоять свое мнение. Что ж е касается впечатлений, то и в прошлом веке, и в ны­ нешнем они во многом зависят от настрое­ ния путешественника, а настроение, как известно, зависимо от обстоятельств. Об­ стоятельства , вплоть до «снега в мае», не благоприятствовали Чехову, когда он п ро е зж ал по местам «от Урала вплоть до самого Енисея». Н едалеко от села Абат- ского м еж ду Тюменью и Омском его та- рантасик попал в дорожное происшествие, бо 1 л и зрядно поврежден , а Антон П авло ­ вич, прижатый к земле дорожной покла ­ жей, еле остался в живых. К огда мы читаем воспоминания и других людей о Сибири, то, на мой взгляд , до лж ­ ны непременно учитывать, в каком состоя­ нии и в какое время года эти люди зн ако ­ мились с Сибирью, вспоминали о ней. А вот, скаж ем , прекрасный сибирский поэт, «отец сибирской поэзии» (его назы ва ­ ли при жизни такж е «сибирским Н екрасо ­ вым») Иннокентий Васильевич Федоров- Омулевский (1836— 1883), для которого Сибирь была любимой родиной, страдаю ­ щей в цепях и нищете, в последний год своей жизни написал стихотворение «Бара- бинская степь». В нем, он утверж дал , з а д о л ­ го, конечно, до появления Великого Сибир­ ского пути, что: При волшебном румянце природы Путь в степи чародейски хорош! и красота барабинских озер не оставила поэта , равнодушным , и расслыш ал он «где- то .издали, крик лебедей»*. И' не преминул еще в то время в поэтическом зап ал е утверж дать : Здесь места— благодатное дело. Не другим, не Рассей чета... А закончил такими строками : Не порвать мне волшебную цепь. Я не в силах ра,зрушить былого... Ты простишь мне бессилие слова, Барабинская чудная степь! Мы конечно, знаем , что И. В. Федоров- Омулевский отнюдь не был изласкан судь ­ бой, умер в Петербурге при полном б е з ­ денежье. Но Сибирь он зн ал хорошо, и его стихотворные впечатления носят не мимо­ летный характер . Он уж е явно чувствовал приближение собственной кончины, когда писал вот эти строки, обращенные к Си­ бири: Любовь к тебе и веру ту живую Я унесу в могилу за собой. — Пускай и там, в ночь вечности глухую, Они стоят на страже надо мной: Их талисман подобен поцелую Любимых уст в час смерти роковой! Никто не знает , говорили или нет о Сибири между собой Чехов и Гарин -М и ­ хайловский , а если говорили — то какой характер носил этот разговор? Но дух их дружбы , к ак и дух стихов Омулевского , как бы витает над великой равнинной си­ бирской рекой, над новым городом , в ко то ­ ром старейш ая библиотека носит имя Антона П авловича . И где-то вон там , в Дубровино на скользкий берег выходил из лодки рассерженный и утомленный до р о ­ гой (а впереди она еще ой к ак а я до л гая до Сахалина через множ ество К о зу л ек ) , по собственной воле, по долгу совести двин ув ­ шийся в путь через всю Сибирь Чехов... Поездка в современной «Ракете» по Оби не только не утомительна , но она бодрит. Однаж ды мне довелось плыть по нашей р е ­ ке вместе с гостем, литератором из Р ей к ь ­ явика Крастоном Длафсоном . Я спросил его о впечатлении от сибирской реки. Но он ответил вопросом: — А вы на Амазонке были? Что же, в самом деле, м ож ет быть, в е ­ ликие реки земли в чем-то схожи м еж ду собой. И где-то, в пучинах М ирового о к е а ­ на, их воды соприкасаются? Не успел я и глазом моргнуть , к а к «Ра-^ кета» причалила у левобережной пристани Оби Батурине — на границе Н овосибир ­ ской и Томской областей . Само седел Б а т у ­ рине находится уж е в Томской области,, но чтобы добраться до него от пристани, нужно переправиться через небольшую речку Уень — в устье этой речки, вп ад аю ­ щей в Обь, и стоит на высоком берегу село Дубровино. Через Уень нал аж ен а лодочная переправа Километрах в пяти от Д уб р о ви ­ но вверх по Уеню располож ена деревня Ю рт-Акбалык — в ней ж ивут татары . Эта деревня входит уж е в Новосибирскую об­ ласть. В Ю рт-Акбалык и добирался я. Не пошел я к лодочной переправе, а по тропинке, по тропинке, по неизвестной для меня местно­ сти двинулся вдоль берега извилистого Уеня вверх по течению, зн ая , что недалеко где-то, на другой стороне речки приютилась деревня Ю рт-Акбалык . Осенний день был на редкость веселым, и идти пешком было просто в радость по широкой долине Оби вдоль Уеня. . . . . .. 1 н