Сибирские огни, 1987, № 3

Ирвин ШОУ ХЛЕБ ПО ВОДАМ Роман Л если шла твердой, почти деревянной походкой, ее грим потек, но выражение лица было бесстрастным и неестественно спокойным. Линда все время спотыкалась, пока поднимались по лестнице, и Стренд заметил на ее щеках красные пятнышки, словно маленькие ранки. Когда они подошли к двери номера, Стренд понял, что не может позволить ей остаток вечера оставаться наедине с собой. — Идемте к нам, посидим немного, — мягко сказал он. Линда молча кивнула. Войдя в номер, Стренд позвонил по телефону вниз, чтобы принесли бутылку виски и кубики льда. Линда бессильно плюхнулась в кресло, точно кости ее размякли. Руки, которые она положила на подлокотники, дрожали. Лесли направилась в ванную, говоря: — Пойду восстановлю ущерб, нанесенный званым вечером. — Какая ужасная женщина,— произнесла Линда дрожащим голосом.— А я старалась быть ей другом. Я знала, что она много пережила после потери сына...— Она приложила к глазам носовой платочек с кружевами.— Каждый раз, приезжая в Париж, я обязательно навещала ее и принимала у себя в Моугинсе. Эти грязные инсинуации! — теперь она негодовала.— Между мной и Расселом никогда не было ничего подобного. Боже мой, я вовсе не такая. Аллен, признайтесь, вам когда-нибудь хоть на минуту приходила в голову подобная мысль?.. — Разумеется, нет,— ответил Стренд не совсем правдиво. — Бедняжка миссис Харкор,— продолжала Линда.— Вам не кажется, что следовало бы пригласить ее к нам и... — Я думаю, вряд ли она теперь вообще захочет видеть кого-либо из нас,— заметил Стренд.— Во всяком случае, не сегодня. — Вы ведь не верите, чтобы я когда-либо разделяла мнение Кэтрин в отношении Рассела и приглашаемых им в свой дом друзей, правда, Аллен? — В ее голосе слышалась отчаянная мольба.— Я просто не вынесу, зная, что вы считаете... — Линда,— произнес Стренд, подходя к ней и беря ее за руки,— послушайте, что я вам скажу. Я считаю, что вы одна из самых порядочных женщин, каких мне доводилось встречать за всю жизнь. — Спасибо,— прошептала Линда. — Вы не должны принимать так близко к сердцу. Женщина эта душевнобольная. Никто в Правом уме не поверит ни одному ее слову. Продолжение. Начало в №№ 1, 2. 75

RkJQdWJsaXNoZXIy MTY3OTQ2