Сибирские огни, 1978, № 6
56 Д. КОНСТАНТИИОВСКИИ Пробирки, колбы, бутылочки; вполне знакомая обстановка... Жур нал, таблицы — цветность, окисляемость, кислород, пэ аш, температура... Так отчего же он вчера?.. И зачем?... Нет, он просто пошел поужинать. Ничего особенного, Борис просто пошел поужинать, опостылела ему холостяцкая его еда, вот и все, абсолютно все... ну, хорошо, не все... хо телось побыть на людях, необходимо стало побыть на людях, не мог один, целый вечер впереди, и быть один — не мог... Да, он просто пошел поужинать! А там — этот столик, куда его посадила официантка, командирован ные, приехавшие выбивать первую продукцию; разумеется, не лично для них Борис работал, но все же ими, как-никак, было что-то представлено; они показались Борису симпатичными. Потом их разговор, они заказывали, а после еще долго обсуждали еду и выпивку... Затем их разговоры об их делах... Постепенно тон менял ся... Тосты... Борис тоже пил водку, так он и не научился ее пить, все это видели и подтрунивали над ним, пил, хотя не испытывал никакого удо вольствия, напротив, она была ему неприятна; пил с этими своими сосе дями по столу, хотя и они не были ему теперь так приятны, как вначале, за полчаса они успели стать менее симпатичными. Народу все прибывало, и все более шумно становилось; заиграла музыка, начали танцевать. Эта музыка... да любая... Ольга однажды сказала ему... Ольга, Оль га, Ольга... итак, Ольга... в общем, сказала ему однажды,— музыкой можно с ним сделать что угодно; когда заиграла музыка, он встрепенул ся, все в Борисе враз стало в лад этому ритму; затем он вспомнил, что говорила ему Ольга, и еще явственней ощутил свое отчаяние... Невдалеке за сдвинутыми столами сидела большая компания, неве сту с женихом Борис не знал, но многие из гостей были ему знакомы, свои, с комбината; Борис почувствовал на себе взгляд, да и сосед его толкнул локтем, шепнул: «На тебя женщина смотрит», это была Соня, жена Николая из ремонтно-механического; Борис поздоровался с ней’ Соня сказала что-то Николаю, и он тоже посмотрел в сторону Бориса и поздоровался. Еще водка... Музыка... Соня с Николаем танцевали... Внезапно Борис вскочил, перебив соседа; тут же удивился себе: он не собирался этого делать; отодвинул стул; был перерыв в музыке, сосед раньше Бориса догадался, что он сделает, и напутствовал его; Борис не дослушал. Соня пошла с ним доверчиво и весело; рука ее была теплой, ласко вой... Удивление' собою сначала сменилось у Бориса смущением, затем он ощутил в Соне сочувствие и нежность-, и тогда возникла благодар ность к ней, а потом и радость... Музыка становилась медленнее и тише... Знала что-то Соня или догадывалась, почти чужой, едва знакомый по ра боте человек,— она бросала ему спасательный круг, и делала это друже ски и чисто, так, что он мог его принять... Благодарность к Соне и ра дость росли в нем, набухали, переполняли все возможные, предусмотрен ные для них в Борисе объемы, пытались выхлестнуться наружу, юн не в силах оыл их сдерживать, да и не хотел, но слова для этого не годились... Все продолжалось полторы или две минуты, пока была музыка! Не отпуская теплой и ласковой руки, Борис ждал, когда снова.. Ни колай мягко, добродушно забрал у него Соню. Опять Борис сидел за своим столиком. Еще водка... Музыка... Соня с Николаем танцевали, им было хорошо и без него... Потом Борис поте рял их из виду.
Made with FlippingBook
RkJQdWJsaXNoZXIy MTY3OTQ2