Сибирские огни, 1976, №11
— Опять прощаемся... Когда же вместе будем?..— по щекам Маши покатились крупные слезы. — Скоро, родная, скоро. Это последний бой...— Иван привлек Машу к своей груди, поцеловал и торопливо вышел. 7 Свой небольшой отряд цеженских, цакирских и хамнейских добро вольцев Иван Дунаев расположил в балке недалеко от Торея, ожидая прибытия торейских добровольцев. Торейцы прибыли в назначенное время. Их привел Машин брат — Илья Голубцов, чему Иван был неска занно рад. Среди прибывших оказались и другие родные и знакомые. В общей сложности набралось около сотни добровольцев. Илью Голуб- цова Иван сделал своим помощником, объяснив ему: — Сейчас будем выступать на Желтуру, там где-то действует отряд Щетинкина. Это сибирский партизан, геройский мужик. Еще в империа листическую Георгия всех четырех степеней получил. Партизаны его крепко Колчака били. Теперь вот сюда прибыли. Мы должны с ними объединиться, но прежде надо разведку послать. Распорядись. Илья подошел к торейским добровольцам, подумал: «Кого же по слать?» Взгляд упал на братьев Гармаевых. Оба молодые, здоровые. Только у Степана залегли на лбу глубокие складки — зимой похоронил жену, не убереглась от тифа. Григорий же по-прежнему озорной, весе лый. Его глаза смотрят на всех с хитринкой, и не старит черная кудря вая борода, только сходство с цыганом придает. — Вот что, граждане Гармаевы,— сказал Илья, подходя к брать ям,— в разведку пойдете, нам надо все с умом делать. Оплошку дадим— худо всем будет. Я бы сам двинул, да Дунаев приказал мне в отряде быть. Общество просит вас, Степан Иванович и Григорий Иванович. — Куда ехать-то? — поинтересовался Григорий. — Надо верст на десять к Желтуре добраться и посмотреть — много ли бароновцев. Ежели появятся в нашем кордоне, скачите в одно часье сюда и предупредите нас. — А если поймают? Положить голову за общество, так, что ли?.. Не хотелось ехать Григорию, но боялся, что односельчане заподо зрят в трусости. И он поднялся, швырнул картуз под ноги: — Ладно, поедем! Как ты, Степан?.. — Р а з надо — поедем. — Как говорится, с богом, станишники!..— повеселел Илья Голубцов. Спустя несколько минут, братья уже ехали по направлению к Ж е л туре. Сначала их сильные жеребцы иноходью летели по запыленной до роге. Отмахав верст пятнадцать, свернули в лес и стали продвигаться шагом. Почти полдня кружились по дорогам и тропинкам, но нигде не заметили передвижения бароновцев. Спешившись, решили отдохнуть. Нерасседланных коней пустили пастись. Разостлали на траве армяки" Положив рядом с собой берданы, улеглись. Разогретая за день трава источала пряный аромат. Полуденная тишина убаюкивала, нагоняла дремоту. После бессонной ночи, разморенные жарой, братья незаметно для себя уснули. Проснулись от окрика: —- А ну, поднимайтесь, лазутчики! Григорий, ничего еще не соображая, вскочил и первым движением— за ружье. Но сильный удар прикладом по голове свалил его с ног. А-а-а, сволочи, большевики! — навалились на него четыре воору женных человека. Остальные вязали руки Степану.
Made with FlippingBook
RkJQdWJsaXNoZXIy MTY3OTQ2