Сибирские огни, 1976, №4
Дворник Затей Карманов сидел на лавоч ке возле домоуправления, курил папироску «Север» и загипнотизированно смотрел в темноту. Там, под кустом акации, низкорос лым привидением светилась урна. Душу дворника терзали адские сомнения. Урна была уникальным сооружением, предметом гордости активистов пятого домоуправле ния. Товарищ Убиенный лично выменял ее у директора парка культуры за две тонны угля. Белая, как рафинад, она представля ла собой не то чашу изобилия, не то цветоч ную вазу. По бокам ее ваятель развесил гроздья винограда и запустил между ними гипсовых рыб. От урны веяло восточными легендами. Дворник вздохнул, бросил на землю оку рок и притопнул его сапогом. Земля зашаталась. «Ишь ты!» — мрачно удивился дворник. Поразмыслив, он отнес этот факт за счет утрешней неудачи с опохмелением. Тут дворник впал в минор, пожалел себя за проклятое пристрастие и решил, что с по недельника надо завязывать. Земля опять дрогнула. И так сильно, что над головой дворника со звоном рассыпа лось оконное стекло, а скамейка под ним встала на две ножки. Новый толчок враз переубедил Кармано ва и вернул его мысли к насущному. Расто пырив руки, он кинулся к урне и, неописуе мо волнуясь, стал ощупывать ее девствен ные формы. Урна, слава богу, не пострадала. Не от нимая рук, Карманов поднял глаза к звезд ному небу и просветленно подумал: «Зав тра пропью...» За вечерним чаем архитектора Райгоро- децкого вдруг осенило. Он понял, за счет чего можно принципиально по-новому решить планировку кооперативных жи лищ — надо разделить совмещенные сан узлы. — Как тебе не противно говорить про это за столом! — обиделась Манечка. — Напрасно, напрасно,— довольно ус мехнулся Райгородецкий.— Ты недооцени ваешь... Самому архитектору мысль показалась блестящей. Она была злободневной во всех отношениях, учитывала экономические вея ния и политический момент. До этого толь ко дважды Райгородецкому удавалось шаг нуть абсолютно в ногу с жизнью: первый раз,— когда он обосновывал план застрой ки города массивами-спутниками и высме ивал бредовую идею бдымских небоскре бов, и потом,— когда отстаивал необходи мость возведения многоэтажных комплек сов в центре и крушил антигосударствен ную практику искусственного раздувания ! городской территории. — Да! — с пафосом воскликнул Райгоро децкий и даже слегка пристукнул рукой по столу.— Мы их разделим! — Нельзя ли потише! — возмутилась же- Iна, ловя заскользившие со стола блюдца. — Это не я,— сказал Райгородецкий. — Конечно, это я! — дернула плечом жена. Блюдца секунду повременили на краеш ке стола, дрогнули и лебедями поплыли в обратную сторону. — Манечка, это землетрясение! — закри чал Райгородецкий. — Господи, как ты мне надоел! — просто нала Манечка. В это время с пистолетным выстрелом за хлопнулась форточка и тонко запели стекла. — Товарищи члены исполкома,— испуган но блестя глазами, заговорил вдруг Райго родецкий.— Товарищи члены исполкома, строения в городе Бдымске не рассчитаны на сейсмические нагрузки... Да, да! Не рас считаны!.. — Когда это только кончится! — всхлип нула Манечка.— Сумасшедший дом... — Веня, где ты! — спросил Кискис, хва таясь за косяки и стены. — Эй, друг! — встревоженно крикнул из ванной командированный.— Открой, что за шуточки! — Веня, зачем ты прячешься! — волно вался Кискис уже где-то на кухне. — Открой, аферист! — завопил команди рованный, отчаянно бодая дверь... Тем временем перетрусивший Петрачен- ко быстро бежал по Четвертой Кирпичной улице. «Так! — думал он на бегу.— Значит, так...» Однако дальше мысль не шла. Ее забивала фраза, которую Петраченко не успел про изнести во время диспута на лестничной площадке: «У нас не бывает настоящих ав токатастроф. По дорожным столкновениям впереди идут Соединенные Штаты Аме рики». Катастрофа произошла на углу Четвертой Кирпичной и переулка Гарибальди. Не успевший затормозить, Петраченко на большой скорости врезался в борт грузо вика... Начальник Бдымского отдела благоуст ройства Теодор Сигизмундович Смышлевич ждал известий от домоуправа Убиенного, еще утром пославшего своего человека по следам командированного. Настроение у Теодора Сигизмундовича было скверное. Ах, не так, не так появлялось раньше в Бдымске высокое начальство! Появлялось солидно, ответственно, с заблаговременным уведомлением. Город к этому времени ус певали вымести, в магазины в изобилии за брасывали фасованных кур и гречневую крупу, а вокруг театра музыкальной коме дии и прилегающего сквера — места торже ственного митинга — натягивали корабель ные канаты. Все было культурно, аккуратно, благонамеренно. А вот сегодняшний товарищ, которого ждали через неделю, упал инкогнито, как снег на голову. Гуляет теперь где-то по не запланированным переулкам, а проклята* Джульетта, высмеянная недавно в централь ной прессе за безобразность и дороговиз
Made with FlippingBook
RkJQdWJsaXNoZXIy MTY3OTQ2