Сибирские огни, 1975, №12
116 ЮРИЙ МАГАЛИФ в маленькие дымные кузни, дышали острым запахом силоса в коровни ках, разговаривали с молодыми телятницами и с насквозь прокуренны ми стариками, заходили в жарко натопленные столовки и в выстужен ные клубы. Касаткину нравились люди, хорошо знающие свое дело. И он почти влюбленно смотрел на писателя, который был великим знатоком Бере зовского района. Каждого встречного Шайдуров называл не только по фамилии, но и по имени-отчеству; каждая дорога, каждый колок были известны ему до тонкостей. И так простодушно радовался, когда к нему обращались: «товарищ писатель», гордился, что его тут все признают за своего. ...— А вот здесь,—сказал Михаил Терентьевич, когда они тарахте ли по мостику через овраг,—на этом вот самом месте моего тестя уби ли... Подкулачник Меркулов с родичами... Топором и гирей... А после и Меркуловы все до одного полегли... На наших землях много кровищи пролито. И забылось уже все такое страшное. Начнешь ребятишкам рассказывать, так они верят наполовину. Да и самому как-то удивитель но—пишу вот сейчас про это и, вроде, сомневаюсь: неужели это я в том колонке литовкой веревки перерезывал у повешенных?.. Двое их было... в одном белье... бывшие буденовцы... Солнце светило прямо в глаза. Шофер достал из кармана темные очки, напялил их на нос. Шайдуров сказал: — Полезная штука, конечно,—зрение сохраняет. А я никак не могу к темдшм очкам привыкнуть... И зачем привыкать?.. — Зря вы так полагаете, Михаил Терентьевич,—возразил шофер.— Это же польза для глаз, особенно по весеннему снегу. — Оно так. Да разные у наших глаз обязанности, уважаемый. Те бе они нужны, чтобы безопасно ездить, а мне, чтобы видеть все в нату ральном цвете. — Сколько же осталось до Березова? —Касаткин озабоченно гля нул на часы.—У меня сегодня там концерт. — Рядышком,—ответил шофер.—Восемь с половиной километров. — По пути еще в «Рассвете» остановимся,—сказал Шайдуров. — Много мы сегодня отмахали. — Сегодня немного. Семьдесят километров по спидометру. — И часто ты, Михаил Терентьевич, такие экскурсии пред принимаешь? — Раз в месяц. Чаще не удается. — Посевная наступит, так вас с поля и не выгонишь,—сказал шо фер. И добавил, помолчав: —Личную машину не надумали заводить? Я бы к вам шофером пошел. — Ага. Правильно. Чтобы потом старики на меня пальцем тыка ли—вон, дескать, Минька Шайдуров до чего возвеличился: как буржуй катается, и батрака держит! Дорога шла по самому верху гривы. Поперек пологого длинного склона два трактора таскали снегопахи. За ними тянулись широкие по лосы взъерошенного снега—словно гигантские терки, о которые дроби лось солнце. Макара Петровича потряхивало и покачивало на заднем сиденье. Путешествие становилось утомительным. Хотелось поскорее вернуться в Березов; хотелось еще до концерта повидать Антошку. Он не знал, как пойдет меж ними разговор, только спорить они будут наверняка... А мо жет быть, даже поссорятся. ...Вот и «Рассвет». Из-за бугра высунулись антенны... минутой поз же —крыши домов. Проехали конюшню—там на корде выводили вороного рысака: лос-
Made with FlippingBook
RkJQdWJsaXNoZXIy MTY3OTQ2