Сибирские огни, 1975, №7
— Как тут у вас? — спросил Володька.—Был на Ядринцовской— там ни души. Как вымерли все... — Девчонки сюда приходили,— сказал я, облокачиваясь на дверь гаража и растягивая частыми затяжками гаснущий огонек.— Катька была, стращала Сережку. К матери, говорит, пойдет. — А ну ее в пим! — выругался Сергей и тоже поднялся. Вытер о тряпку руки и достал из кармана пачку сигарет. — Пусть идет,— сказал Володька.—Матери свой сын дороже. Огонек у меня потух, и Сережка протянул мне зажженную зажигалку. — Неловко, правда, перед предками,— сказал он.— Ну, да пусть идет. Черт с ней! Мы постояли, покурили, досмазывали мотоциклы и поставили их в гараж. — Все. Крест! — сказал Сергей, кладя ключ в карман.—Теперь бу дем ходить пешком. После этого мы еще побыли во дворе, а когда у Володьки в полу ботинках замерзли ноги, зашли в третий, где всегда греемся зимой, подъезд. Этим летом его, как и все другие, покрасили. Промыли окна. Стало светло, опрятно. И стена над батареей теперь не замусоленная и обшарпанная, как когда-то, а чистая, свежевыбеленная. И нет никакой возможности сесть на батарею, чтобы не испачкать спинку пальто известкой. Мы enie выкурили по сигарете, стоя на площадке второго этажа, и Сережка побежал в первый подъезд, домой, ужинать. Где-то в половине десятого он вернулся. — Катька приходила,— сказал он. — Ну и что? — разом с Володькой спросили мы. — Мать сказала, что я не маленький и такие вопросы решаю сам. — А Катька? — С тем и ушла. В дверях уже пригрозила, что заявление на меня напишет. . — Пугает просто,— сказал Володька.— Ты не сдава'йся. — Конечно, нет... Но другой раз мне даже жалко ее становится. Ведь так старается человек. — Не обращай внимания,— сказали. Потом в подъезд ввалились почти все ядринцовские девчонки. Катька была с ними. Она держала себя как ни в чем не бывало, только без конца поправляла платок на голове и поворачивалась все время к Сережке спиной. Девчонки попросили закурить, и Володька отдал им оставшиеся сигареты в пачке. В десять часов мы пошли к Женьке Бессонову. Мысль была Свет ланина, она первая вспомнила, что у того сегодня дежурство. Пошли всей компанией, девчонки чуть впереди, мы втроем— сзади. Женька Бессонов учился в строительном. Учился днем. Собственно говоря, он мог бы учиться круглосуточно, но деньги, очевидно, ему тоже нужны, иначе, я думаю, он ни за что бы не решился просто так тратить время на какую-то там работу. Женька у нас человек серьезный, целе направленный. При нем порой начинаешь самого себя стесняться. Все дни сидит за учебниками, за чертежами, и даже, вот, когда ему понадо бились деньги, то он и работу нашел такую, чтобы как можно реже от рываться от своих книг. Вообще-то, признаться, я наговариваю. По сути дела Женька па рень хороший. Просто мы все отчетливее чувствуем, что он становится не наш, ну, да не об этом речь. Работает Женька ночным сторожем в нашем местном кафе «Спут ник». Кафе это захолустное, маленькое, и днем, кажется, оно даже су-
Made with FlippingBook
RkJQdWJsaXNoZXIy MTY3OTQ2