Сибирские огни, 1974, №10

ваешь...» Стыдил себя, упрекал, а тем не менее слушал бригадира, слушал... Но тот постепенно оставил Алексея Григорьевича в покое и перешел к насущным своим заботам: вот бы, мол, поскорее срубили ремеслен­ ники (видимо, учащиеся гэпэтэу, подумал Смирнов) капусту, а студен­ ты выкопали бы картошку да перебрали бы ее, да спустили бы в храни­ лище (ну, насчет «перебрали бы» да «спустили бы» не было с председате­ лем договоренности, думал Смирнов), и тогда останется еще одно ма­ ленькое поле картошки... Дом бригадира как две капли воды походил на дом Смирновского хозяина — квадратный коттедж с верандой, под шиферной крышей. Ви­ димо, по типовому проекту строили, решил Смирнов. — Ну, всего,— подал бригадир руку, останавливаясь у калитки. Но вдруг предложил: — Может, зайдешь?.. Смирнова почему-то потянуло домой, будто кто его там ждал, будто ему сейчас же надо было поспешать, и он отказался. — А то зайдем,— повторил бригадир.— По маленькой пропустим.. —В темноте лицо его как-то дернулось, видимо, он подмигнул Смирнову. — Спасибо, Дмитрий Прокопьевич, как-нибудь в другой раз... «И чего не согласился! — ругал себя Смирнов через минуту, уже ша ­ гая вдоль полуосвещенной улицы.— Будто не все равно, где вечер про­ водить!.. Обиделся, поди, мужик... И этот, скажет, не любит нас, дере­ венских...» И Смирнову почему-то вдруг стало жаль бригадира, почему- то казалось, что бригадира никто не ждет, и он, маленький, обиженный на Смирова, заходит сейчас в пустой холодный дом.-.. Смирнов шел вдоль заборов, домов и калиток, вдыхал прохладный, ночной и неправдоподобно чистый воздух, слушал неправдоподобно от­ четливые звуки... Вот где-то залаяла собака, где-то застучал мотор трак­ тора, донесся неясный говор, низко, почти над самыми крышами домов просвистели крыльями стремительные утки; из какого-то дома долетела неясная фраза не то радио-, не то'телевизионного диктора... Сзади кто-то ехал на мотоцикле, и Смирнов смотрел на свою длин­ ную, почти на всю улицу, колеблющуюся тень... Но вот она сократилась, метнулась влево, косо скользнула по забору, по стене дома, по штакет­ нику, поравнялась со Смирновым, и он увидел, что мимо него на мото­ цикле пронесся охотник с ружьем, а на боку у охотника болтался боль­ шой с переломленными крыльями белобрюхий гусь. Небо было темное, с неправдоподобно чистыми и крупными звезда­ ми. И Смирнов понял, почему его потянуло домой, к себе на веранду... Письмо! Он напишет сегодня Ирке письмо. Ему так захотелось сейчас же, сию секунду засесть за письмо, что он чуть не бегом припустил вдоль улицы. ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ Однако засесть за письмо сразу же ему не удалось. Хозяева ссыпа­ ли в погреб картошку, и Смирнову пришлось им помогать. А потом хо­ зяйка пригласила пить чай, а когда Смирнов стал отказываться, то на не­ го набросилась вся семья: и сам хозяин, и старуха, и даже маленькая Валька — пусть даже и не выдумывает, садится за стол и баста! При­ шлось согласиться. Когда все уселись в просторной комнате вокруг накрытого красивой узорчатой клеенкой стола, хозяин потребовал: — Достань-ка, Марея, нам с Максимычем по маленькой... Пришлось Смирнову и выпить, и щи хлебать, и картошку тушеную с мясом, чтобы не обижать хозяев, съесть; а потом еще и чаю попить.